Когда ритмичное звяканье ключей у него на шее затихло впереди, призналась немного смущённо:
– Я ненавижу не всех ночных… хотя, как правило, не люблю их и не доверяю, это верно. Просто ищу одного – дракоманта по имени Камнерой.
– Он что-то сделал с моим яйцом, да?
– Ну, не то чтобы… хотя можно и так сказать. – Тёрн как-то странно улыбнулась, подняв глаза к потолку.
Такой взгляд мог означать только одно. Солнышко изумлённо вытаращилась на мать.
– Не может быть! – прошептала она.
Мать вздохнула.
– Ты, наверное, сама удивлялась, почему так не похожа на других песчаных.
"
"– Значит… – Солнышко едва удержалась на трясущихся лапах. Ни в одной из её фантазий… то есть, конечно, что-то подобное приходило в голову, но никак не племя ночных. Кто угодно, только не они!
– Да, милая, – кивнула Тёрн, тихо роняя слова в наступившей тишине. – Это потому, что ты наполовину ночная.
Глава 14
– Но ведь ночные такие ужасные! – воскликнула Солнышко. – Я не хочу иметь с ними ничего общего!
– Ну и не имей, – спокойно пожала крыльями мать, шагая дальше, – кто же заставляет тебя быть ужасной.
И потом… разве ты не дружишь с одним из них?
– Звездокрыл совсем другой!
– Камнерой тоже не такой, как все. Во всяком случае, я так думала. Это было очень давно.
Солнышко чувствовала себя чужой в собственной чешуе. Даже крылья казались не своими, а какими-то чужими. Наполовину ночная, во имя всех лун!
– Пожалуйста, расскажи мне о нём! – взмолилась она. – Я хочу всё знать – ведь я могу, правда? Как вышло, что ты влюбилась в ночного?
Тёрн сложила крылья и нырнула под низкую арку.
– Восемь лет назад, – начала она, – недалеко отсюда я встретила среди песков дракона с чешуёй, как ночное небо над пустыней. Такой чувствительный, серьёзный – и очень милый, в жизни таких прежде не видела. Я же росла в Гнезде скорпионов, там надо быть грубым и жестоким, иначе не выживешь… а Камнерой вечно переживал, задавался всякими вопросами и никогда не старался казаться страшнее и злее, чем он есть.
Просто был собой, понимаешь? А ещё он был очень-очень умный.
– Звучит похоже на нашего Звездокрыла, – вздохнула Солнышко.
«Интересно, – подумала она, – значит ли это, что и ей самой должны нравиться такие драконы? Может быть, ночной дракончик и есть её судьба… или она вовсе не обязана быть похожей на мать?» Мысли мелькали в голове, всё больше перепутываясь.
– Это он мне подарил. – Тёрн дотронулась до лунного камня, висящего на шее.
