– Я спросила, зачем он прилетел в пустыню, и он ответил, что хочет спасти своё племя. Мне это тоже понравилось – его верность. Он так волновался о своих… Тогда в Гнезде ещё не было ничего похожего, никаких Вольных когтей, каждый сам по себе. Камнерой сказал, что должен сделать очень важное дело, на которое никто, кроме него, не способен.
– О! – воскликнула Солнышко. – Теперь я понимаю, кто проложил те магические туннели!
Тёрн удивлённо обернулась на ходу.
– Так ты знаешь? Погоди… выходит, туннель не один?
– Их два… то есть я побывала только в двух.
– Ого! Повезло тебе. – Песчаная взглянула на дочь с восхищением. – Я знала только об одном… Короче, Камнерой тут довольно долго бродил, всё искал подходящее место и копил силу, чтобы проложить ход, а я приходила к нему каждый день, и в конце концов тоже ему понравилась.
«Ну ещё бы», – подумала Солнышко с гордостью.
– А что подумали другие? – спросила она вслух. – Вы же из разных племён…
«Не одна же Огонь так не любит полукровок», – вздохнула она про себя.
А если они со Звездокрылом… Как принято относиться в Пиррии к таким необычным союзам? В свитках ничего подобного не попадалось, и воспитатели в пещерах о таком не рассказывали – хотя они вообще никогда не говорили о любви и семье.
– О нас никто не знал, кроме Шестипалого и моей подруги Армадиллы. Камнерой был моим секретом. Впрочем, друзей у меня тогда было немного, никому особо и не расскажешь.
– А если бы узнали сейчас? – помрачнела Солнышко. – От тебя бы отвернулись?
Остановившись, мать повернулась и обняла её крыльями.
– Послушай, – ласково сказала она, – я не люблю распространяться о своей личной жизни – да на неё и времени особо нет, когда командуешь бандой дезертиров, – но нисколько не стыжусь, что ты у меня есть. Если кому-то это не нравится – его проблемы. Любить дракона из другого племени не запрещено, просто… ну, такое редко случается, вот и всё. Обычно партнёра выбирают поближе, из своих, поэтому такие, как ты, – редкость, но вовсе не что-то ужасное, чего не должно быть на свете.
Понимаешь?
Солнышко кивнула, но радости не было. Конечно, никто не запретит любить, но что хорошего из этого вышло? Ни боевого шипа, ни особых способностей, да ещё чешуя никем не виданного цвета! Только посмотришь, и сразу понятно, что смешанные семьи – это зло.
Тёрн, казалось, читала её мысли. Обняла дочь, поцеловала.
– Солнышко, ты самая лучшая – такая, как есть!
– А что потом случилось с Камнероем? – Думать о своей внешности больше не хотелось.
