Новейшая модель, одна из самых дорогих. Он давно хотел себе такой, с большой памятью и высокой скоростью работы для поддержания сетевых игр, в которые был не прочь порубиться на досуге или во время долгого ожидания наблюдаемого объекта. Дорогая игрушка.
Ну, а на что еще тратить деньги, которые неизменно шли с «крышеваний»? Квартира и машина у него имелись. Маме с Викой на расходы, какие-то продукты и ужины в кафешках, да снять красивую девочку на ночь. Другое дело, Шведов, который помимо жены и двух дочерей-подростков, также завел себе на старости лет молодую любовницу, вздорную и требовательную девицу двадцати лет с ногами от ушей и бюстом третьего размера.
Полковник так запал на ее прелести, что не поскупился на съем «любовного гнездышка» неподалеку от ОМВД, а также несколько раз просил Сашу приобрести в турагентстве на ее имя билеты куда-нибудь в Испанию или Грецию. Видимо, эта кукла отлично справлялась со своей ролью в постели, и ее услуги достойно оплачивались, так как вряд ли Шведов питал какие-то иллюзии в отношении этой соплячки.
Он просто с удовольствием пользовался ее молодым и красивым телом, а после возвращался домой, к семье. Туда, где его ждали, где знали и любили как порядочного главу семейства.
А его никто не ждал. И возвращался он после своих ночных развлечений в пустую квартиру и холодную постель. Но его это и не напрягало. Впустить кого- то в свою квартиру, в свою постель, в свою жизнь? Зачем? Зачем ему эти лишние проблемы? Все что требовалось молодому здоровому организму, он с лихвой получал за деньги в кабаках, стриптиз-клубах, гостиничных номерах.
На худой конец, в машине, а бывало, и в собственном кабинете. Душе же его ничего не требовалось. Лишь бы с мамой и Викой все было в порядке, а по поводу всего остального можно было даже и не париться.
Неожиданно мобильник в руках ожил, на дисплее высветился номер матери.
Саша перевел взгляд на часы — девять вечера. Поспешно попрощавшись с начальником, Степнов направился к двери, на ходу отвечая на вызов.
— Да, мам, слушаю тебя, — сказал он в трубку, выходя в коридор, и услышал ее взволнованный голос.
— Саша! Сашенька! Сердце замерло в странном, щемящем предчувствии, кажется, пропустило удар и снова поскакало галопом.
— Что?! Что, мама?! Не молчи! — Сашенька, я не знаю, что делать, — растерянно проговорила женщина и всхлипнула, от чего стало еще страшнее. Внутри пробежал холодок, застыв где- то в груди. — Вика. Она должна была вернуться еще несколько часов назад.
