В полдень после смены приехала Лена и предложила поехать вместе.
Они как раз подходили к метро, держась под руку, под одним раскрытым зонтом и разговаривая о какой-то ерунде, как в ее сумке ожил мобильник. Взглянув на дисплей, Юля неохотно ответила.
— Ты где? На улице? Что за шум? — тут же услышала она недовольный голос Степнова.
— Я пошла в больницу, — стараясь говорить как можно спокойнее, ответила Юля.
— Тебе плохо? — тут же заволновался он.
— Нет, мне нужно встать на учет, — вздохнула девушка.
— А почему мне не сказала?! Я бы отвез, — начал заводиться Саша.
— Я и сама могу прекрасно доехать две остановки на метро, — с вызовом проговорила она.
— На чем?! Какое метро, Юля?! — его возмущению не было предела, что окончательно вывело ее из себя.
— Послушай, я прекрасно себя чувствую и мне надоело сидеть в четырех стенах.
Я хочу подышать воздухом! — Юля бросила трубку, так как это был бесполезный разговор, только добавлявший больше нервозности этим и без того непонятным отношениям.
Мобильник тут же начал звонить снова, Юля скинула вызов.
И снова звонок. И снова сброс. Звонок. Сброс. Звонок. Сброс. Ну да, он привык, что последнее слово остается за ним! Глубоко вздохнув и призывая себя сохранять спокойствие, Юля все же нажала на кнопку принятия вызова.
— Не бросай трубку, когда со мной разговариваешь! — в его голосе отчетливо зазвучали металлические нотки, от чего девушка, сама того не желая, начала нервничать: — Перестань мне названивать! Я не хочу с тобой говорить! — Юля! — Иначе я вообще отключу телефон! Или сменю симку! — как будто этим решится проблема, пронеслось в голове.
— Ладно. Дома поговорим, — на этот раз трубку бросил он. Сукин сын, все-таки оставил последнее слово за собой, и …ей показалось или это неприкрытая угроза? — Юль, ну, почему не сказала ему, что со мной? — вздохнув, спросила Лена, понаблюдав за разыгравшейся сценой.
— Не собираюсь перед ним отчитываться! — возмущенно ответила девушка, стараясь скрыть от подруги свое беспокойство и тревогу.
От его слов на душе стало противно.
Липкий страх медленно растекался внутри, заставляя сердце стучать еще быстрее и громче. Вот знала же, что он псих ненормальный, зачем с ним так разговаривала? Теперь до вечера будет трястись от страха, гадая в каком настроении он придет домой, и о чем он собрался с ней говорить, а самое главное, как? Опять будет орать и хватать за руки?! Если так пойдет и дальше, то он и руки начнет распускать! Стало горько, обидно и захотелось плакать.
