Каким бы плохим человеком ни был Олег Девятов (а проведенные на базе три дня доказывали, что, к сожалению, он не был хорошим), столь лютой смерти он не заслуживал. А уж его семья тем более.
К счастью, мальчик Игорь выжил. Хотя бы за это нужно было благодарить небеса, потому что мальчик пошел не в отца, он был славным, открытым и добрым. И теперь за его жизнь боролись врачи. Кайди вспомнила данное дочери обещание проведать его в больнице и слабо улыбнулась. Конечно, они это сделают, и как же будет удивлена Эмилия, когда узнает правду.
Как объяснить дочери, почему они скрывали ее так долго? Как передать словами все то, что случилось много лет назад, если они сами долгое время не могли об этом говорить. Слишком ранили эти слова, острые, как копья. Взрослому не вынести, не то что подростку.
По будущему, едва проглядывавшему сейчас сквозь ночную мглу, Кайди читала сейчас как по открытой книге. Будущее было ей совершенно ясно и не вызывало ни страха, ни сомнения. А вот прошлое…
Ее очень волновал тот факт, что лавина, скорее всего, была рукотворной.
Могли ли вызвать ее специально? Сделали ли это для того, чтобы похоронить под горой снега семью Девятовых? Возможно ли было так точно рассчитать место приложения силы к снежным пластам, чтобы вызвать сход лавины в конкретном месте? Кто-то специально стремился разрушить дом, в котором спала семья владельцев базы, но сделать это так, чтобы гостевой дом не пострадал? Если да, то означает ли это, что преступник (давайте называть вещи своими именами) живет в одном доме с ней и ее детьми? Кто он? Представляет ли он угрозу для всех остальных, в первую очередь для ее, Кайди, семьи? И что знает эта девочка с оленьими глазами и странным, неуместным именем?
Да, эти вопросы очень тревожили Кайди.
В том, что Патриция Леман что-то скрывает, она не сомневалась. Об этом говорил лихорадочный блеск глаз девушки и ее на мгновение застывшее лицо, когда она думала о чем-то, вызывавшем смутную тревогу. Кайди очень нужно было знать, о чем именно она думала.
Она умела спрашивать. Умение задавать вопросы так, чтобы на них отвечали, было ее сильным местом, поэтому очень быстро ей удалось узнать и про мокрые от снега лыжи выпендрежной марки Bogner, принадлежащие рохле и тихоне Аркадию Петровичу, и о том, что, по мнению старичка Федора Игнатьевича, на базе творились «нехорошие дела», и о том, что их с Айгаром поведение Патриция Леман тоже находила подозрительным.
