— С красной глиной не приходилось встречаться? Не завозили такую?
— Простите? — не понял Пожарский, — Что такое красная глина? Если не ошибаюсь, она устилает донный слой океанов?
— Не всегда. В природе также встречается. Красно-терракотовый цвет свидетельствует об избытке меди и железа в минеральном составе. Впрочем, на севере я такого не видел.
— Я тоже не видел. Это принципиальный вопрос? За ответом явно не ко мне. Я могу быть полезен чем-нибудь еще? Не хотелось бы показаться невежливым, Андрей Григорьевич, но дела…
Неверов задумчиво смотрел, как Пожарский с облегченным вздохом покидает кабинет.
Закрылась дверь, посетитель удалился, оставив массу вопросов.
— Ой, вы меня испугали! Почему без стука? — Молодая женщина дернулась, ее пальцы явно отстучали что-то лишнее на клавишах машинки.
Но голос с прибалтийским акцентом был приятный, звучал как музыка.
Андрею сразу захотелось, чтобы она сказала что-нибудь еще.
— Простите, Илзе, — сконфуженно проговорил он. — Но я стучал. Вы тоже, поэтому не услышали.
— Ой, это вы… — Она сглотнула, неловко улыбнулась, машинально глянула на испорченный лист. — Вы, наверное, очень тихо постучались, Андрей.
По правде сказать, он не стучал, просто вошел. Но какая разница?
— Да, тихо, — согласился Неверов, озирая нехитрый интерьер приемной председателя совета народных депутатов.
Ничего лишнего здесь не было. Пара столов, шкафы, дохленький фикус на подоконнике, рабочее место секретарши. Вместо обоев на стене висели тематические агитационные плакаты, явно новые.
На них еще поблескивала свежая типографская краска. «Депутат — слуга народа! Долг депутата — заботиться о его благе!» Серп и молот на алом полотнище, убедительный слесарь за маховиком станка, исполненная достоинства женщина-сварщик. Надпись золотом: «Советы депутатов трудящихся — подлинно народные органы власти в нашей стране!»
Женщина, сидевшая за печатной машинкой, смотрелась здесь немного инородно. Худенькая, прямая спина, тонкие пальчики, короткие кудряшки красиво уложены.
На ней была обычная кофта, под которой просматривалась не новая, но опрятная блузка. Ресницы длинные, без всякого марафета, курносый нос, чуть приоткрытый маленький ротик.
Она смутилась, обнаружив его изучающий взгляд.
Андрей спохватился и промямлил:
— Еще раз простите, Илзе. Надеюсь, ничего фатального не случилось?"
"— Нет, все хорошо. Две ошибки в слове «постановление» — это вовсе не так уж плохо. — Девушка тихо засмеялась.
