В переулке осталась одна машина — «ГАЗ-67», выделенный ему, капитану Неверову. Невзлин перемещался по поселку пешком — во всяком случае, сегодня. Вдруг он обернулся.
Андрей отпрянул от калитки, осторожно накинул щеколду. Когда он снова высунулся в переулок, офицера госбезопасности уже корова языком слизала.
Небо темнело, уплотнялись тучи. Но для вечерних сумерек было еще рано.
Неверов походил по дому, вышел на крыльцо и вскоре опять оказался на пятачке, где было обнаружено тело Лазаревича.
Что важнее — форма или суть? Выстрел был плохо слышен — почему?
Он поднялся на ближайший бугорок, завертел головой.
Забор, холмы, скалы, видны соседские крыши — ну да, далековато. Но если бы тут кто-то шарахнул из пистолета, то половина поселка разбежалась бы с перепуга! Как вышло, что выстрел услышали только двое?
Взгляд его уперся в скалу прямо по курсу. Там, по-видимому, был спуск к морю. Андрей приблизился к ограде, опоясывающей северную сторону участка. За ней тянулась пешеходная тропа, изрядно заросшая бурьяном.
Если люди там и ходили, то редко.
Он чуть помедлил, потом стал смещаться вдоль ограды и метрах в трех, к своему удивлению, обнаружил калитку, выходящую на тропу. Она не бросалась в глаза, была сбита из того же штакетника. Проржавевший шпингалет больно прищемил ему палец, когда Андрей открывал его. Петли, как ни странно, были смазаны, дверца не скрипела.
Неверов выбрался на тропу, снова осмотрелся. Повсюду кусты, в отдалении скалы и змейка дорожки вдоль забора. Возможно, она проходила и мимо соседских участков, где люди так некстати лишились слуха.
На обратной стороне этой змейки местность круто понижалась, кустарник чередовался с глыбами известняка, вросшими в склон.
Андрей сделал неосторожный шаг и чуть не обвалился вместе с краем обрыва. Он отскочил, снова сунулся, на этот раз очень аккуратно, и опять удивился, отметил, что земля примята, а вниз сбегает некое подобие козьей тропы. Здесь кустарники с извилистыми ветвями росли фактически из камня.
Капитан спустился метров на пять, обогнул искривленную скалу и оказался на небольшой, более-менее ровной площадке. Здесь земля была мягче. На булыжнике с плоской макушкой, похоже, не так давно кто-то сидел. Под камнем валялись два отсыревших окурка, и отпечатались следы ног.
Андрей опустился на колени, осторожно взял один окурок. Сигарета была брошена после нескольких затяжек. Лазаревич курил такие же.
Капитан стал изучать следы. Они неплохо сохранились.
