И вообще, его все чаще посещала мысль о том, что пора к смерти готовиться.
— Сейчас будет легче, Глеб, — сказал Андрей. — На вот, выпей пару таблеток. Это обезболивающее.
Они терпеливо ждали, пока раненому полегчает. Андрей ввел его в курс дела, утаив некоторые пикантные подробности.
— В общем, время не терпит, товарищи, — объявил он с трагическим вздохом. — Эти черти ждут сообщников. Они не прочь нас прикончить, но пока не видят такой возможности. Если к ним прибудет подмога, то нам станет очень туго. И золото уйдет…
— Какое золото? — насторожился Воропаев.
— Никакое, — спохватился Андрей. — Это фигурально. Предлагаю завиральный план. Их надо приманить — как рыбу, понимаете? Ольга, полезешь на вершину, туда, где сосны, постреляешь из пистолета, помаячишь малость, покричишь погромче, покрасуешься там. Но смотри, чтобы не подстрелили. Начнут палить — падай и не вставай. Обнаружив нас здесь, наши злейшие друзья заволнуются. Надеюсь, они включат мотор и подойдут к острову с восточной стороны. Оттуда лучше видна вершина.
— Они точно меня подстрелят, — скорбно вымолвила Ольга.
— Да, это ужасно. Мы все обречены, — согласился Андрей. — Но я надеюсь, что до этого не дойдет. Глеб, будешь лежать за камнями на восточной стороне. Не вставай ни в коем случае, и ничего с тобой не будет. Катер пройдет мимо — бросишь гранату. Понятно, не докинешь, но внимание привлечешь. А дальше моя работа. Справишься?
— Конечно, капитан, такая ерунда.
— А ты что собрался делать? — осведомилась Ольга.
— А я отправляюсь в плавание, — ответил Андрей.
Эта идея не обязана была сработать. Но Неверов все равно предпринял бы атаку. Без женщины, без раненого милиционера, в гордом одиночестве, но он напал бы на эту банду!
Он вынырнул у булыжника, едва выступающего из воды, схватился за него, снова погрузился, оставил на поверхности только глаза. Катер находился метрах в тридцати справа, подставлял ему левый бок. На палубе горел мутный фонарь, что-то поблескивало в рубке.
С острова прогремел выстрел, за ним второй, третий.
Худенькая фигурка мелькала между соснами.
— Сволочи, я вас убью, вы мне ответите за Неверова!
Фраза из разряда «понимай, как знаешь», но что-то в ней было. Капитан мог погибнуть от долгого пребывания в воде, сорваться со скалы. Ольга продолжала истошно орать, изображала нервный срыв.
На катере активизировалась жизнь. Два человека просочились из надстройки на палубу, залегли за фальшбортом. Скрипнул люк, из трюма выбрались еще двое.
