Окружающие смеются и осуждающе цокают. Я слегка прищуриваюсь.
— Да? — типа удивляется Осадчий. — Совсем не плачу?
— Совсем, — продолжаю обличать.
— А вы нуждаетесь? — Он вскидывает брови."
"Тот еще мудак, конечно.
Алина слегка розовеет, я продолжаю игру:
— Тут уж дело принципа.
— Понял, Артём. Спрошу у Глеба, что за ерунда, почему студенты работают бесплатно.
Усмехаюсь. Он даже не старается выглядеть возмущенным. Никого нельзя идеализировать. Особенно юристов.
— Вы как-то давно приезжали в общину, рассматривали дело о нашей земле, — набравшись смелости, вклинивается Алина.
— И сказали, чтобы я, когда вырасту, пришла к вам работать. Я и пришла. Хочу построить карьеру.
— Вот это история. Браво! — Лидия, жена Осадчего, и предлагает за это выпить.
Мы чокаемся.
Болтаем еще некоторое время, после чего подходим к столику за новыми напитками. Начинается праздничное шоу. Я бегло оглядываю гостей. Алина переполнена восторгами. В какой-то момент она сильно сжимает мою руку. Наклоняюсь.
— Вон тот мужчина, рядом с Петром, смотрит на меня неприятно.
Липко. Я его знаю. Его зовут Михаил.
Прослеживаю взгляд. Я был готов к тому, что она узнает Туманова, и все же раздражение вспыхивает. При этом голос звучит совершенно спокойно:
— Ты с ним работала?
— Да. Секса не было, мы тогда сопровождали мужчин в клубе, без интима. Они все нажрались как свиньи, но заплатили хорошо. Я танцевала для его друга, а этот вел себя по-хамски, комментировал. Через пару дней с Михаилом работала Наира, и... у него не встал.
Тогда этот человек ударил ее несколько раз по лицу. — Взгляд Алины становится стальным. Она переводит глаза на меня. — Ни за что ударил. Просто потому, что не смог. И не заплатил. Она плакала.
— Мой старый знакомый, Михаил Туманов, — представляю я. — По словам Петра, именно он договаривался о моем дне рождения с Адель. — Через паузу добавляю: — Я не знал, что он бил твою подругу. Обычно мы обсуждали бизнес, а не бл**ей.
— Понимаю. Со стороны, бывает, и не заметно, какие демоны живут внутри с виду хорошего человека.
Иногда, получая кусочек власти, люди звереют и позволяют себе издеваться над другими. В прямом смысле издеваться: бить, мучить, унижать. Не приглашай его к нам в гости, пожалуйста. Оболью кипятком.
— Не беспокойся.
Слышу, как окликает Семён, и киваю.
— Одна побудешь немного? Мне нужно отойти.
— Конечно. Не волнуйся, я справлюсь.
Оставляю Алину в компании жены именинника и таки ухожу с приятелями в холл, покурить и обговорить дела.
