Никогда ее не была и никогда ею не будет. И тем более, чего бы Вы не опасались от Холодова, ребенка он у Вас забирать бы не стал. Ни при каких обстоятельствах. Он иногда кажется полным засранцем, но это далеко не так. Просто нарастив броню, очень тяжело ее снимать.
Что– то в словах Саркисяна меня настораживает.
– У них что– то было? – не могу сдержаться, чтобы не задать этот вопрос.
Сил ждать, когда спрошу самого Холодова, нет.
– Я свечку не держал, – осаживает меня Тимур.
Верно, впрочем.
Потом смягчается, видимо, почувствовав, в каком раздрае я нахожусь.
– Олеся, эти вопросы нужно задавать Владу. Но он Вас не обманывал. Поверьте, я говорю правду.
Его ответ не нравится мне.
– Да, конечно, – бросаю ему чисто автоматически, – Скорейшего выздоровления."
"Я отключаюсь. Выслушивать, какой Влад замечательный, у меня нет настроения. Может, Влад меня и не обманывал. Может, все, что наговорила эта ненормальная, и неправда, но поверила она в себя не на пустом месте. Кому– то было нескучно, пока я его дочь вынашивала.
Стоит только вспомнить внешность этой сирены. И сколько не тверди себе: «Он тебе ничего не обещал» и «Ты сама уехала», но ощущение, что меня снова обманули и предали, прочно поселяется у меня в груди.
Иду на кухню, пью валерьянку. В доме посторонние мужчины, но я лучше потерплю, чем еще раз подставлю себя под удар.
Утомленная, проваливаюсь в тревожный сон. Дочка в животе затихает. И мне удается поспать. Но плохо, я то и дело просыпаюсь.
Из очередного забытья меня вырывает телефонный звонок.
На дисплее короткое «Влад». Мстительная «я» не хочет брать трубку. Но, с другой стороны, когда я не могла дозвониться, это было отвратительнейшее ощущение.
– Да? – звучит сухо, но это все, на что я способна.
– Олеся! – выдыхает мужчина, в его лосе явное облегчение, – С тобой все хорошо?
– Нормально, – и замолкаю.
Не могу еще что– то выдавить из себя. Перед глазами Влад и эта блондинка. Может, и сейчас он не один? Кто знает, как проходят эти их переговоры…
– Олесь, ты обиделась? – он сразу понимает, в чем дело.
Когда он сумел пробраться мне под кожу? Я ведь не хотела, чтобы все повторялось…
– Да, я обиделась! Приехала какая– то швабра, заявила, что она твоя невеста, сказала, что вы заберете у меня ребенка. Потом начала угрожать. Да, я обиделась!
Но это не только обида – в моих чувствах сейчас столько всего!
– Я понятия не имею, почему она так поступила… – пытается он оправдаться.
