"
"При тренировках с шестом система тоже засыпала меня сообщениями о неправильно выполненных ударах, замахах. Нужно наставника найти какого-нибудь, хотя бы чтобы показал, как нужно — это не упражнения практиков школы, сведения не секретные.
Потренировавшись в выпадах, я решил отработать ещё один удар, на этот раз представляя противника сбоку от себя. Круговой замах получается кривым, мои движения наверняка выглядят неловкими, но я не останавливаюсь. Повторяю снова и снова круговые удары, а потом и связку: выпад, шаг назад, оборонительный блок, круговой удар.
Каждый раз я чувствую, что моё тело лучше подстраивается под новую задачу. Мышцы привыкают к новым для них движениям.
Удары становятся точнее, быстрее. Шест лучше слушается моих рук, а ноги сами на уровне рефлексов находят нужное положение для устойчивости. Я двигаюсь все техничнее, хотя для полного освоения боя с шестом понадобится не один год. Зато один удар я знаю отлично — прямой выпад: простой, но будто отточенный тысячами повторений.
Скоро я уже не думал о технике или правильности движений.
Я просто двигался, бил воздух и чувствовал, как становится чуть легче дышать. Моё тело невыносимо горело от мышечного напряжения, но вместе с этим я ощущал, как потрескивает лед, угнездившийся в груди.
Когда я остановился, пот капал с моего подбородка. Грудь вздымалась от тяжёлого дыхания, но я был уверен, что сегодня ночью буду спать спокойно.
Глава 17
Я привычно сидел на кровати: старательно впитывал Ци. Попутно — лениво обдумывал слова травника и матери и задавал себе разные вопросы.
Что было раньше — звонок от моего «псевдосына», который решил отправить меня в этот мир, или использованная матерью табличка?
Это местная система выдала мне дар красть память, или этот бонус от существа, с которым я общался в том видении?
Зачем я здесь? Вряд ли меня сюда закинули, чтобы я исправил жизнь одной-единственной семьи. Повеселить бога или существо, похожее на него? Поправить место в пищевой цепи для всего человечества? Спасти сына травника Роя?
Вопросов было много, и найти четкие ответы на них я пока не мог.
Сидел в медитации и размышлял. Только вот вечер оказался не столь спокойным, как обычно. Из медитативного состояния меня вырвал крик — резкий, отчаянный.
Я открыл глаза. Сердце екнуло, когда увидел, как в окно пробиваются оранжевые отсветы соседней улицы.
Такое уже бывало: пожары в бедных районах не редкость и что самое страшное — их некому тушить, кроме соседей и несчастных хозяев.
