На этот раз у Плетнева не было никакой связки ключей на перекрученной и размахрившейся капроновой ленте. Был всего один ключ, совершенно новый. И дверной замок тоже совершенно новый. Плетнев купил его в сельпо в Дорино, и Витюшка врезал перед самым его отъездом.
Плетнев загнал машину на участок, замотал ворота цепью и открыл дверь в дом.
– Привет, – сказал он негромко.
Все в этом доме принадлежало ему, только ему одному – как Элли, с которой он занимался любовью на этом самом диване!..
И когда он зашел в душную комнату с привядшим букетиком в зеленой бутыли посреди стола – он поставил его, когда готовился к свиданию, – ему показалось, что все очень правильно и, главное, просто.
Ничего не просто. Все очень сложно, и дело, которое ему предстоит, – трудное, неприятное.
Оперевшись руками о стол, он посмотрел на букетик, потом хмыкнул и стал одно за другим распахивать окна.
Вечернее солнце весело вваливалось в дом, радуясь тому, что Плетнев наконец-то его впустил, растекалось широкими треугольниками по чистому полу.
Алексей Александрович прошел мимо зеркала, которое отразило, как обычно, какое-то безобразие, привычно прихлопнул на ходу темную дверцу буфета. Дверца подумала и стала медленно открываться.
Он отворил дверь на террасу, скинул мокасины и вышел на теплые доски пола.
…Я дома? Нет, не может быть. Здесь не может быть моего дома.
Нужно вытащить матрас и бросить его на качалку.
Он вытащил матрас, бросил и уселся, щурясь на солнце, которое валилось за березы. Пяткам было тепло и приятно на коротко подстриженной траве.
Кто-то без него тут косил, что ли? Витюшка, наверное. Хотя у Витюшки и так забот полон рот, он же трубы ладит!.."
"Алексей Александрович оттолкнулся ногой, качалка заскрипела, и оказалось, что рядом с ним качается его счастье.
…Привет, сказало ему счастье. Хорошо, что ты вернулся.
…Я не вернулся, возразил Плетнев. Я приехал на побывку. Мне надо закончить дела, только и всего.
…Понятно, согласилось счастье. Жаль, что не вернулся. Если надумаешь, я здесь.
Я всегда здесь, с тобой.
За забором зазвенели голоса, и послышалось бренчание велосипедов.
– Игорян, глянь, какая машина! Это чья такая?!
– Почем я знаю? Может, дядя Леша приехал?!
– Да нет, у него другая была, помнишь?
Плетнев закрыл глаза.
– Надо бабушке сказать, что приехал кто-то!..
– Да ладно, потом скажешь!
– Дядь Леш! – вдруг закричали из-за дома. – Дядь Леш, это ты приехал?!
Плетнев встал и пошел к воротам.
– Привет, ребята.
