— Я не хочу подпускать Руса к детям! — шиплю я сдавленным от злости голосом. — Ты же знаешь, у меня есть тысяча причин, чтобы этого не сделать. К чему такой совет? Я боюсь, что он их в отместку заберёт. Лишит меня прав. Понимаешь?
— И что он будет с ними делать? — парирует Милана. — Отдаст суррогатной матери на воспитание? Давай-ка без этой чуши, ладно?
— Ты не понимаешь… Ты… Ты просто не знаешь его. А если Руслан потребует тест ДНК?
— Ну пусть сделает. Господи, Маш, это такая мелочь. Дети же его.
— Серьёзно? Да! Дети его! Но для меня это не мелочь.
Недоверие мужчины к женщине обычно приводит к одному и тому же результату — к расставанию. Ладно, Милан. Я тебе позже перезвоню, — расстроившись ещё больше, решаю выдохнуть и в одиночку подумать над произошедшим.
— Эй! Машка! Подожди! Что ты задумала? Опять соберёшь чемоданы и сбежишь? А отец? О нём ты подумала? Ты же и меня с Вадимом подставишь.
— Не волнуйся, не сбегу. Хочу кое-что проверить. Завтра. На балу.
— Ты же не хотела туда идти?
— Вчера не хотела.
Сегодня передумала. Пока, Милан. Целую!
Как только я вырубаю звонок, дверь в холле распахивается. Гера переступает порог дома, сверля меня нечитаемым взглядом. Зайдя, хлопает дверью.
«Отлично» — думаю я, желая провалится сквозь землю. Во рту пересыхает. Язык прилипает к нёбу. Рвано втянув носом воздух, смотрю ему в глаза. Из-за громких ударов сердца почти ничего не слышу.
— В кабинет, — сухо произносит он, проходя мимо меня. — Нужно поговорить, Мария. Сейчас!
* * *— Там папа! — наконец меня прорывает после недолгого молчания.
— Он в гостиной с детьми.
— Я в курсе, — отбивает Гера, направляясь по известному мне маршруту. — В кабинет!
«В курсе? Уже? Черт! — мысленно чертыхнувшись, бросаю в спину непреклонного Астафьева озадаченный взгляд, а затем и сама срываюсь с места, следуя за ним.
В доме тихо. Его новые ботинки чеканят по мраморному полу твёрдые шаги, словно отсчитывают последние минуты моей жизни. Такое ощущение, что Георгий ведёт меня на казнь.
Намеревается не только серьёзно отчитать за все мои косяки. Он готов содрать с меня шкуру."
"В гостиной пусто. Отца с детьми возле камина не нахожу. Видимо, ещё не спустились. Либо Тамару заранее предупредили о том, чтобы никто лишний не высовывался и не встревал в разговор.
— Ты рисковала жизнью? — первое, о чём спрашивает Гера, когда я закрываю за собою дверь и, развернувшись, натыкаюсь на его широкую, тяжело вздымающуюся грудь. Вскидываю кверху лицо.
