— Ты серьёзно? — прикрывает на мгновенье ладонью рот и качает головой, словно не может поверить. — Это что же? Исаев уже знает, что ты жива?
— Не уверена, что знает. Иначе он был бы уже здесь. Дан не успел доложить.
— О, Господи… Что же теперь будет? Как он тебя нашёл?
— Я откуда знаю?
— Подружке своей скажи спасибо! — выпаливает Тома.
— Она-то тут причём?
— При том! Чего фортопопым дома не сиделось? Дождались бы Георгия, и ничего этого бы не случилось! А сейчас что? Хлеб с солью готовить?
— Сплюнь.
— Да что уж теперь плеваться… — махнув на меня рукой, Тома отправляется в гостиную.
Я встаю с корточек, набираю Милану. Руки дрожат, как у конченого алкоголика.
Что теперь будет со мной? С детьми? С Георгием?
Но ведь он обещал меня защищать! Столько, сколько понадобится.
Изначально поддержал обман. Не только словами, но и делом. А сейчас злится. А я хочу, чтобы Руслан думал, что дети не его! До дрожи в теле хочу. До дикой трясучки! До зуда!
Хочу посмотреть на его лицо, когда он об этом узнает.
Да, милый… Я тоже умею быть жестокой. Понадобится — всю душу из тебя выну. Не просто выну. Вырву с мясом, как ты когда-то мою. И буду, как садист, наслаждаться твоей болью. Так что лучше меня не ищи. В собственном аду вместе со мной задохнешься!
— Доброе утро, Машуля! — звонкий голос подруги врезается в барабанную перепонку. Вздрагиваю, недовольно морщась. Отвожу от уха телефон.
— Ни хрена оно не доброе, — сквозь зубы ворчу я, оглядываясь на входную дверь.
— Что случилось? — радость Миланы сменяется беспокойством.
— Данила меня нашёл… — делаю короткую, но выразительную паузу, — ты мне чего-то не договариваешь?
— С ума сошла? — обиженно выпаливает Милана. — Я Руслану ничего о тебе не рассказывала. Галецкому, тем более. Ребёнком своим клянусь!
— Кто ж таким клянётся, ненормальная! — возмутившись, шумно вздыхаю. — Верю я тебе. Верю. Просто это случилось так… Так неожиданно. Я не была к этому готова. Несла Дану полную чушь, будто он возьмёт и послушает меня. Я не знаю, что мне делать, Милана.
Завтра здесь будет Руслан. Возможно даже сегодня…
— А что ж тут теперь сделаешь, подруга, — реплика Милы звучит совсем неутешительно. Как приговор. — Детей ты уже родила. Силы к тебе вернулись. Всё ещё любишь. Значит, борись.
— За что бороться? — вспыляюсь я.
— Как это «За что»? За свои права. За любимого мужчину. За счастье, в конце концов! Твоим детям нужен отец. И раз уж правда раскрылась, вам не мешало бы с Русланом поговорить.
