Говорят, есть ещё рыси...
Сердце мое стучит от ужаса. Потому что я пойду!
Там осталась колея от машины. И это ""дорога"" на полигон, я уверена! Я выйду туда. Я угоню эту машину. Не знаю как! Когда мне было десять, отец, развлекая меня, учил водить. Выжать сцепление, включить первую передачу… Я вспомню!
Что мне терять? Максимум, вернут обратно.
А волки... Я знаю хищников и пострашнее. Может, мне повезет, и я не встречу волков. Встреча с волками - гипотетическая, в отличие от встречи с Алишером.
И я налегаю на еду.
Мне нужно много энергии и сил.
- Десерт... - на выбор предлагают мне несколько стоящих на подносе.
Выбираю самый жирный.
Внезапно Татьяна Михайловна ловит мою кисть.
- Пальцы какие... - цокает завистливо. - Как веточки. Сожми и переломятся. А у меня всю жизнь колотушки были.
Показывает свои пухлые пальцы.
- Почему Вы здесь?
- Здесь все по одной причине - их близкие слишком добры к ним.
- Я не понимаю.
- Ты кому-то очень ценна. И поэтому ты здесь. Рука не поднимается убить. А убить надо.
Это заведение - компромисс. Так что - наслаждайся! И не отказывай себе ни в ""Счастье"", ни в ""Покое"". Ничего другого все равно не будет.
- ""Покое""?
- Наша вечерняя доза. Спишь после нее волшебно! Сны яркие, сюжетные. От эротических можно оргазм получить. Самый настоящий!
- Понятно. Счастье и покой.
- Именно. И никогда не ори, не протестуй. Вколят дурь, неделю будешь как в тумане.
- Хорошее место, - поджимаю я губы.
Я знавала и похуже.
Но я попробую отсюда уйти.
Нам приносят хрустальные рюмочки с таблеткой.
- Чтобы сон был комфортным, - сдержанно улыбается мне Ольга.
- Я очень плохо сплю. Можно мне две, - прошу у нее я, глядя в глаза.
- Только первую неделю, хорошо?
- Благодарю Вас, - шевелю губами.
Шептать мне трудно. Связки не слушаются.
Счастье - розовое.
Покой - голубой.
Тайга за окном белоснежная и бескрайняя...
Глава 4 - Доводить до конца
Стоя перед зеркалом, собираю свои тяжёлые волосы, скручивая в жгут. У меня редкий пигмент. Русый, выцветающий до скандинавски-светлых тонов.
Искрящийся на солнце золотистыми и серебристыми оттенками. Мне никогда не разрешали их стричь. Мои волосы - гордость мамы.
Когда мне было двенадцать, меня заметила в балетной школе представительница известного дома моды. И предложила моим родителям контракт. Очень впечатляющий. И работу в Азии.
Но они даже минуты не думали!
Я единственная дочь отца, он как коршун охранял мою неприкосновенность. Сам он невыездной, а отпустить меня куда-то одну...
