Напротив моей комнаты - открыта хоз комната, с ведрами, швабра и, огромным пылесосом, бытовой химией...
Женщины шепчутся и смеются.
- Пойдем, покурим... - доносится до меня.
Метнувшись в хоз комнату, я стаскиваю серый халат. Прячу его под свитер.
В холле за стойкой - Ольга.
- Божена? - удивлённо, но доброжелательно. - Почему не спишь?
- Можно я... поброжу немного? Проснулась - голова болит... - шепчу, подходя поближе.
- Конечно. Кинозал, галерея, комната с роялем, танцевальный класс... - кивает мне на стенд на стене.
- Но на будущее, после таблеток, лучше спать. Если прервать сон, действительно может болеть голова.
- Хорошо…
Замираю перед стендом, думая о своём.
- Сейчас пересменок будет, - слышу тихий голос Альбины Павловны за спиной. - Проследи, чтобы никто не уехал лишний.
- Не беспокойтесь, Альбина Павловна. Всё сделаю.
Пересменок...
Заманчиво. Но это ещё невероятнее, чем пройти через тайгу с косметичкой и книгой.
Поэтому, я даже не буду пытаться.
Между двумя входными дверями стоит та самая вешалка с куртками.
Света здесь мало. И холодно.
Я надеваю халат уборщицы, он мне очень велик. Сверху поношенный дешевенький жемчужный пуховик, натягиваю поглубже капюшон.
- Ты остаёшься?
Вздрогнув, поворачиваюсь. Испуганно киваю какой-то женщине.
- Отнеси охране. Аккуратно, кипяток.
Ставит стальное ведро. Оно парит.
Хватаю его, с трудом поднимаю. И тащу к воротам. Там два охранника, возятся с петлей ворот. На ней массивная пирамида наледи.
Ставлю рядом с ними ведро.
- Ведра мало будет, ещё неси.
Делаю за их спинами шаг назад. За пределы светового пятна от фонаря.
Вдали виднеется свет фар. И на мгновение, мне хочется попробовать уехать на этом автобусе отсюда, а не рисковать и идти через лес.
Но Алишер хорошо научил меня видеть ловушки в ""лёгких вариантах"". И этот автобус - ловушка.
Поэтому, я делаю ещё один шаг назад в темноту и ещё один... Сжимаясь от тихого скрипа снега под ногами.
Охранник бьёт топором по наледи. Это заглушает мои шаги.
Микроавтобус останавливается у ворот, метрах в двадцати от меня.
И перегораживает вид.
Сердце оглушающе бьётся. Мне кажется, воздух пахнет как-то по особенному, обжигая кислородом легкие.
Я бегом срываюсь по снегу в сторону колеи.
Это тяжело - бежать по снегу, гораздо тяжелее и медленнее, чем я думала. Но зависать в воздухе при па де пуассон всё же сложнее, особенно, если тобой любуется Алишер…
Я собираюсь довести свой побег до конца. Каков бы он ни был. Я дотанцую...
