Невозможно двигаться так!
Залипнув, делаю машинально шаг на ступеньку, чтобы видеть лучше.
Выгибается, открывая изящную шею.
А я помню, как целовал ее...
Ее руки гнутся назад как крылья. Она замирает... И в этот момент вдруг гаснет всё и обрывается музыка!
Непроглядная темнота...
Вздох с ропотом по залу.
Адреналин бьёт в голову. Секунд пять настороженно жду, пока включат прожектор. И не дождавшись, срываюсь на сцену, в темноту...
Глава 41 - ""Домой""
Саундтрек: Сабина Ахмедова - Позовименяссобой
Когда гаснет свет, я сразу же понимаю, что что-то не так.
Хотя он должен быть притушен по сюжету. Потому что свет гаснет не только на сцене, но и в оркестровой яме. Именно поэтому музыканты замолкают.
Бывает всякое... Техника может подвести. И я бы, пожалуй, поверила в это, если бы не ждала Алишера.
И плечи мои сразу сжимаются, уходя вперёд. Съеживаюсь…
Слышу шорох и шепотки за спиной от кордебалета с дальнего края сцены.
- Держим мизансцену! - негромко отдает команду режиссер.
Сердце грохает в груди, я замираю от первых симптомов панической атаки.
Нет! Делаю глубокий вдох, задерживаю дыхание. Распрямляюсь, удерживая спину, сейчас вспыхнет свет. Должен!
Здесь рядом отец и охрана, прямо передо мной в зале сидит Диляра и полный зал ее людей. За спиной - много танцоров.
Свет не вспыхивает. Хотя для запуска генератора достаточно десяти секунд.
Нет, что-то не то... А я ведь даже не смогу закричать, если что-то!..
И я разрываюсь между тем, чтобы сорваться с места и вбитым с детства вместе с кровью и потом ""Show must go on!""***
- Господа, минуту терпения, у нас техническая неполадка.
Пожалуйста, оставайтесь на своих местах.
Мне кажется, что параллельно с этим голосом я слышу свое имя.
Дёргаю головой. В полной темноте мне кажется, что это Гордей.
Отменив паническую атаку, мое тело превращается в тревожный сенсор. И сердце начинает трепетать.
- Божена! - громче.
Разве может он быть здесь?!
- Божена, твою мать!.. - совсем рядом.
Дергаюсь на голос, врезаясь в него как в скалу.
Он подхватывает, не позволяя отлететь и упасть.
Чувствую, как крепко сжимаются его объятия.
Он дёргает меня в сторону, чуть оттаскивая.
Мой висок прижимается к его челюсти. И... Я не чувствую щетины. Все гладко. Как у Алишера.
Под моей ладонью - гладкая рубашка и полы пиджака.
Ахнув от ужаса, начинаю отбиваться.
Мне кажется, я слепну даже в непроглядной темноте сцены.
- Нет-нет-нет!! - задыхаюсь.
- Тихо! Черт! Это я... - стискивает меня так, что не шевельнуться.
