Открыла я глаза только тогда, когда Алмазов открыл входную дверь, выругавшись вслух:
— Твою мать, чуть на кота не наступил, — хлопаю ладонями, на что автоматически включается свет в гостиной.
— А раньше не могла этого сделать?
— Могла, только боялась открывать глаза, — усмехаюсь в голос, наблюдая за испуганным любимцем. — Симбуля, прости, ты сегодня спишь не со мной.
— Ну раз с котом можешь быть ласковой, то не все потеряно, да, Полинка, — сжимая одной рукой мою попу, насмешливо интересуется Алмазов, поднимаясь по лестнице.
— Скорее нет, чем да.
— Ну время покажет.
Спустя несколько мгновений Сережа безошибочно открывает дверь в мою спальню и на ощупь включает свет. Только вместо того, чтобы положить меня на кровать, он ставит меня на пол. Ноги, как ни странно, держат, вот только между ними до сих пор все дико ноет.
— Мне, кстати, не нравится твое платье, — стягивая его вниз, констатирует Алмазов. — А вот так нравится. А так еще больше, — заводит свои руки мне за спину и расстегивает бюстгальтер.
Откидывает его в сторону, полностью обнажая мою грудь. Стесняюсь ли я? Нет. Испытываю ли облегчение, когда Сережа подхватывает меня и укладывает мое разгоряченное тело на прохладную простыню — безусловно, да.
Приподнимаюсь на локтях, наблюдая за тем, как он скидывает с себя остатки одежды. И все-таки выдержка у этого мужчины хоть куда. Он еще и презерватив не забыл прихватить. Умничка, плюс один в карму. Надо бы научиться самой его натягивать.
— На мне остались позорно промокшие трусы.
Можно их снять или мы будет заниматься сексом с ними? — блин, что я несу?!
— Я их сам стяну и засуну тебе их в рот вместо кляпа, — нависая надо мной, усмехается Алмазов.
— Фу, это негигиенично.
— Целоваться тоже негигиенично, но мы уже слюной обменялись на много месяцев вперед. Ты обещала быть послушной. Если нет — я тебя снова свяжу.
— Нет, нет. Я послушная.
Закрываю глаза и тут же чувствую губы Сережи на своей шее.
— Молчать, — шепчет в перерывах между поцелуями, вызывая во мне очередную улыбку.
Я даже и не думала ничего говорить, ну разве что позорно попросить довести дело до конца и почувствовать столь желанную разрядку.
Между ног по-прежнему влажно, все пульсирует и ноет. А Сережа как будто специально распаляет меня своими поцелуями в шею, а затем и в грудь. Сжимает ее, перекатывая между пальцев соски и скользит губами по животу. Если сейчас он начнет делать то, что и в прошлый раз, я реально двину ему ногой в лоб.
