Ничего не сказав, я дошла до «Пежо» и села на водительское место. Поеду по дороге в деревню, авось найду кого-нибудь, кто знал Наталью Филимонову. В зеркальце мне было хорошо видно, как несчастная тетка пытается справиться с алкоголиком. В конце концов ей удалось поставить его на ноги. Мужик сделал шаг и вновь кулем рухнул в снег. Баба заплакала и присела возле муженька. Неожиданно мне стало жаль ее.
Мой третий супруг, Генка, был запойным алкоголиком, и именно по этой причине мы прожили с ним совсем мало. Я быстро поняла, что не способна каждый вечер с бьющимся от волнения сердцем поджидать любимого, гадая, в каком состоянии он явится домой.
Еще мне категорически не нравилось, что Геннадий валился спать прямо на ковре, не сняв ни пальто, ни ботинок, и уж совсем не пришлось по вкусу, когда он заявил:
– Да, пью, но почему? Это ты виновата! Дома меня не уважают, унижают, постоянно спорят, вот и заливаю горе. Если бы у меня была любящая жена, я бы не срывался!
Как все жены алкоголиков, я прошла несколько стадий.
От приподнято-эйфорической, когда считала, что с пьянством можно и нужно бороться, до тоскливо-безнадежной, когда поняла: Генку переделать нельзя. По счастью, этот путь занял у меня не полжизни, а всего лишь год, и через двенадцать месяцев я сложила чемодан и вернула супруга его маме. Поэтому очень хорошо понимала бедную тетку.
Вздохнув, я высунулась в окно:
– Далеко живете?
– На другом конце, – сообщила тетка, – у клуба.
– Давайте подвезу.
– Господи, – запричитала баба, – дай вам бог здоровья, радости и денег побольше.
Я вышла наружу и взяла мужика за ноги, тетка схватила его за руки. Кое-как мы дотянули пьяницу до «Пежо» и положили возле колес.
– В салон его нельзя класть, – сказала баба, – грязный очень и сблевать запросто может.
– Давай в багажник, – предложила я.
– Точно, – обрадовалась жена.
Еле-еле подняв каменно-тяжелое тело, мы впихнули его в багажник, предназначенный для перевозки грузов. Собака, настороженно подняв уши, следила за нашими действиями.
Наконец погрузка завершилась. Я отодвинула переднее сиденье и велела псине:
– Давай!
Дворняга мигом вскочила в салон и уселась на кожаные подушки с таким видом, словно всю жизнь раскатывала в новеньких иномарках.
Тетка устроилась рядом со мной и со вздохом сообщила:"
"– Дети у меня получились хуже некуда, все в папеньку. Пить, гулять и веселиться, тут они мастера! А чтобы учиться или работать, это фиг.
Я, ничего не сказав, поехала вперед.
