– Лесь, если ты хоть в половину так же сильно когда-нибудь будешь скучать по мне, то сделаешь меня самым счастливым человеком на свете, – произносит Рома много позже, когда гости давно покинули мой дом, а я, пришедшая в себя и отпустившая Алешку в его комнату отдыхать, умываюсь в ванной.
– Почему когда-нибудь? Я по тебе и так скучаю, когда долго не вижу, – признаюсь, опираясь руками на чашу раковины, и смело встречаю в зеркале пронзительный взгляд серых глаз.
– Правда?
– Правда.
Сегодняшний день так изрядно потрепал нервы, так жестко приложил ощущением бессилия в один момент и мощной поддержки в другой, так основательно доказал, кто друг, кто враг, а кому ты реально важен, что прятаться за никому ненужными принципами морали кажется сущей глупостью.
Хочется ценить каждую секунду рядом с теми, кто действительно важен.
– Ты не представляешь, как я рад это слышать.
Время в очередной раз замирает. Запирает нас с Зотовым в одном мирке на двоих, где есть только мы и наши эмоции, яркие, сочные, откровенные, пылающие, как оголенные провода.
– Ты – не Олеся, ты вирус какой-то… – шепчет Рома, уничтожая между нами последнее расстояние. Разворачивает к себе лицом и, поддев пальцем подбородок, наклоняется сам. – Я тебя никому не отдам, – признается сипло, согревая губы теплым дыханием. – И не отпущу, – добавляет, прижимая крепче. – Тебе… все понятно?
Залипаю в стальном взгляде, а затем киваю.
– Да.
Мне понятно.
Всё понятно. Как и то насколько сильно я сама встряла в Зотова. Кажется, даже успела врасти.
Когда? Как? Не знаю, но понимаю точно – мне не страшно в его руках. Хорошо, надежно, правильно.
– Никогда не бойся меня.
Обхватив своей широкой ладонью мою, Рома тянет ее к губам, целует в центр, а затем прикладывает к своей колючей щеке. На пару мгновений прячет за длинными ресницами колдовские глаза и замирает, открыто наслаждаясь близостью.
– Хочу сегодня остаться с тобой. Позволишь?
Такой момент случается у многих. Вот это знаковое прикосновение, заданный тихим голосом вопрос и ожидание… когда от твоей реакции зависит дальнейшее развитие событий.
Разрешение или запрет на более близкие отношения.
Застываю в растерянности, пытаясь совладать с ощущениями. А их много. Трепет по телу, задыхающееся сердце, накатывающие волны то ли от жара, то ли эйфории…
– А Ваня?
Боже, я и сама сиплю.
– Сегодня ночует у деда. За Алешку переживаешь? Не поймет?
Мотаю головой.
– Он вас уже давно одобрил.
Улыбается тепло, кивает и больше ни слова не произносит.
