Только сейчас я заметила, что он говорит мне «ты». И обращается по имени. По сокращенной форме имени — но не с чувством превосходства над той, кто ниже по происхождению, а как к равной себе.
«Все будет по-другому», — эхом прозвучало в моей голове, вторя ускоренному биению сердца.
Интересно, что он имел в виду?
— Росс! — позвал лорд Снэш, после чего тот незамедлительно вошел в комнату, словно все это время ждал под дверью. — Я отлучусь за доктором. Не отходи от Иниды ни на шаг. Выполняй любые ее распоряжения. Все ясно?
— Да, мой лорд.
— Я скоро вернусь, — обратился он уже ко мне, несильно сжав мои пальцы.
Он уже поднялся с кровати, когда я, окликнув, его остановила. Возможно, следовало отложить этот разговор, дождаться осмотра доктора и того момента, когда говорить будет не так больно, но ждать я не хотела.
— Пожалуйста, задержитесь на несколько минут, — попросила я, игнорируя боль и першение в горле. — Мне нужно вам кое-что сказать…
И я рассказала об Алексе. Кратко, сухо, без эмоций — о том, как видела ее приступ сомнамбулизма, и о том, что ее не было в жилом корпусе ночью, когда прогремел взрыв.
— Не беспокойся об этом, Ида, — спустя короткую паузу после того, как я закончила, произнес лорд Снэш. — Тебе нужно думать только о своем выздоровлении, об остальном позабочусь я.
Это была немного не та реакция, которой я ожидала. Впрочем, Нориан Снэш всегда умел держать себя в руках.
Он ушел, а я так и не успела спросить, что за эти три дня произошло в институте. Хотя, случись там что-то плохое, вряд ли бы он стал мне об этом говорить, не желая лишний раз волновать.
Когда он совершал переход, я видела очень яркое золотистое свечение. А еще мне вдруг показалось, что сгустившийся за спиной лорда Снэша свет имеет четкое очертание… Очертание крыла.
ГЛАВА 24
— Поверить не могу! — в который раз повторил доктор. — Нор, ты понимаешь, что это настоящее чудо?
Я уже сбилась со счета, сколько раз за последние несколько часов услышала слово «чудо». Шайн провел доскональный осмотр, напичкал меня всевозможными лекарствами, светил в глаза магическими огоньками — это по его словам, так как я не видела ни намека на свет, — и составил новый перечень рекомендаций, необходимых для моего скорейшего восстановления.
Словом, изучил во мне все, что только можно, помимо личностных искр. Касаться их пока было небезопасно, следовало дождаться момента, когда я окончательно пойду на поправку.
— Я никогда не вру своим пациентам, — произнес доктор после осмотра.
