Мне хотелось впечататься в нее, раствориться, пройти насквозь, оказаться где-нибудь далеко-далеко отсюда, оставшись в долгожданном одиночестве.
Следующее, что сказал феникс, удивило уже меня:
— Поцелуй меня.
Это было требование. Приказ, произнесенный наполненным обаянием и внутренней силой бархатным голосом. Эта сила обрушилась на меня подобно гигантской волне, которая сбивает с ног и не дает шанса устоять.
Нечто похожее уже случалось однажды — в первую нашу встречу в кабинете доктора. Тогда у меня тоже появилось неконтролируемое желание повиноваться, выполнить все, что он пожелает.
Какое-то безумное наваждение…
Где-то на задворках сознания промелькнула догадка, что это невероятное обаяние — особая способность, доставшаяся Кайлу Снэшу от рождения так же, как Нориану — устойчивость к огню.
И без того вымотанная событиями последних часов, теперь я испытывала невероятные муки из-за внутренней борьбы. Одна моя часть неимоверно жаждала поцеловать стоящего напротив феникса, а другая прикладывала все оставшиеся силы, чтобы этого не сделать.
Я даже не заметила, как ногти с силой вонзились в многострадальные ладони, оставляя на коже красные полумесяцы. И как практически до крови прикусила губу, не заметила тоже.
— Поцелуй, — повторился приказ, и по коже рассыпалась дрожь.
Эта волна оказалась еще больше предыдущей, еще неистовее. Не знаю, существовал ли во всем Артогане хотя бы один человек, способный ей противостоять. Если и существовал, то я этим человеком не была.
Ненавидя себя за то, что не могу справиться с этим наваждением и одновременно до боли желая ему поддаться, я медленно оторвалась от стены и подалась вперед.
Сердце гулко билось о грудную клетку, в висках неистово стучал пульс. Я не понимала и не видела уже ничего — только выразительные губы, которые с каждым мгновением становились все ближе, ближе, ближе…
— По-моему, я выразился предельно ясно, когда говорил тебе держаться от этой девушки подальше, — неожиданно прозвучал поблизости знакомый голос.
Окружавшее меня плотным коконом наваждение пошло мелкими трещинами и мгновенно разлетелось на множество осколков.
Пошатнувшись, я едва устояла на ногах и снова привалилась спиной к стене.
— А вас, мисс Трэйндж, я, кажется, просил идти к доктору, а не в охваченные пожаром кварталы, — произнес все тот же голос.
У меня даже испытать облегчение сил не хватило. Зато испытала чувство дежавю — уже в который раз Нориан Снэш появлялся рядом именно в тот момент, когда это было очень нужно.
