Я не жду приказов и не думаю дважды, когда прицеливаюсь и стреляю в повстанца, который сражается с одним из наших. Выстрел попадает ему в голову, и он падает на землю, как мертвое мясо. Солдат на мгновение поднимает голову. Как и капитан, команда В, должно быть, поняли, что мы потеряли наших снайперов, и поэтому они подумали, что никто не прикрывает их спины.
Теперь мы с капитаном делаем это.
— Тебе лучше остаться в живых — говорю я про себя, когда солдат исчезает за сараем.
В тот момент, когда он уходит, я целюсь в другого повстанца, наполовину скрытого осколками бомбы, и убиваю его точным выстрелом в сердце.
Мой уровень адреналина резко возрастает.
Щелчок.
Целься.
Стреляй.
Ритм становится естественным, когда я укладываю их «отдыхать» одного за другим.
— На одиннадцать часов, — звучит голос Капитана у меня в ухе. — Ты берешь вправо. Я возьму налево.
— Принято к сведению.
Я двигаюсь в том направлении, куда он мне приказал, и останавливаюсь, когда вижу около пяти повстанцев, лежащих на земле.
С выстрелами в голову.
Ну, черт возьми. Похоже, я недооценила стрелковые способности капитана. Я всегда думала, что он просто стратег. Я не знала, что он тоже был важной оперативной силой.
Я стреляю в двоих справа, затем останавливаюсь, когда понимаю, что убила только одного, а второго ранила в плечо. Он убегает, держась за раненую руку. Я слежу за его движениями и прицеливаюсь.
— Не надо! — командует капитан мне на ухо, но я уже выстрелила.
И я снова промахиваюсь. Бля.
Повстанец исчезает за хаосом разрушенного склада.
— Почему вы остановили меня? — спрашиваю я с ноткой разочарования.
— Покинь позицию. Сейчас же! — кричит он, и я мельком вижу кого-то, одетого во все черное, на вершине противоположного холма. Прежде чем я успеваю сползти с ветки, выстрел попадает и в без того хрупкую ветку, она трескается, увлекая меня за собой.
Я вешаю винтовку на шею и держусь за другую ветку. Но снайпер целится и в нее тоже.
В своих безумных движениях, чтобы избежать его прицела, я душу себя ремнем своей винтовки. Из-за того, что в мой мозг поступает мало кислорода, а грудные повязки сдавливают легкие, мои попытки побега становятся вялыми.
Черт.
Я ослабляю ремень на шее и продолжаю свой путь вниз.
В тот момент, когда мои ноги касаются земли, я прячусь за деревом, тяжело дыша. Когда я начинаю снимать ремень винтовки с шеи….
— Оставайся на месте.
