— Это убьет тебя, если ты хоть раз станешь порядочным человеком? — В его тоне проскальзывает нотка яда.
— Очень щедро от тебя, Константин, учитывая, как ты хотел избавиться от меня, как только я вернулся. Интересно, кто из нас недочеловек, интересно?
— Ты, блядь... — он начинает бросаться вперед, но останавливается, затем морщится и заходится в приступе кашля.
Карина замирает, ее глаза становятся бегающими. Она никогда не была хороша в стрессовых ситуациях или в чем-то чувственном по своей природе.
Саша деликатно возвращает его на место.
— Ты все еще восстанавливаешься. Не дави на себя.
Моя челюсть сжимается, и я сопротивляюсь желанию поднять ее за талию или перекинуть через плечо. Но я этого не делаю. По той простой причине, что я не хочу, чтобы Константин вмешивался в мой бизнес. Если он пронюхает, как невыносимо Саша влияет на меня, он использует это в своих интересах. В этом нет никаких сомнений.
— Не вмешивайся в это — предупреждает меня Константин, все еще говоря с трудом. — Я найду, кто сделал это со мной, и заставлю их заплатить.
Это моя борьба, держись от нее подальше.
— Нет, не могу. Мы с тобой оба знаем, что этот удар был направлен на меня, а не на тебя. Так что просто оставайся на месте и спи на коленях у своей мамы, как золотой ребенок, которым ты и являешься.
— Кирилл, я клянусь, черт возьми…
— Прекрати, — шепчет Карина, ее голос дрожит и едва слышен. — Просто прекратите это, пожалуйста, вы оба. Прошли годы с тех пор, как мы добровольно находились в одной комнате, так что давай не будем ссориться.
Пожалуйста?
Мой брат пристально смотрит на меня, но держит рот на замке. Я встречаюсь с его глазами, которые являются точной копией глаз Юлии.
Он унаследовал ее внешность. У меня был ее характер.
Когда-то давно я пытался защитить его от любых внутренних войн, которые вели наши родители. Я защищал его от уродства нашей семьи и принимал его наказания.
Я пытался морально подготовить его к бесчеловечным испытаниям Романа и относился к нему как к своему лучшему другу.
Мой единственный друг.
Но потом между нами выросла стена, и эта стена называется Юля чертова Морозова.
В тот день, когда она помогла ему выбраться с того острова, а он решил бросить меня и Карину, я потерял к нему всякую привязанность.
Этот инцидент полностью испортил Карине настроение, и он это знает. Он мог бы остановить это или умолять свою мать действительно спасти других ее детей, но он этого не сделал.
Я никогда не прощу ему этого.
