У него нет цеппеля, нет астролога и нет координат работающей точки перехода.
– Точки открываются по желанию Отца. Вдруг адигену повезет?
– А как же цеппель? – осведомилась женщина. – Их «Дедушка» висит в ста метрах над землей, а на борту находятся наши воины.
– Адигены хитры.
– И умны, – согласилась Старшая Сестра. – Не все, конечно, но Помпилио Чезаре Фаха дер Даген Тур из их числа.
– Об этом я и говорю. – Алокаридас придвинулся чуть ближе. – Я полагаю, следует вложить в голову адигена несколько угодных нам приказов.
Для страховки.
Последние события ожесточили старого жреца, и Старшая Сестра с трудом узнавала в нем того Алокаридаса, которого знала сызмальства. Того человека, который долгие годы учил послушников быть осторожными и щепетильными с их силой.
Кровь меняет людей."
"– У нас есть страховка: оба цеппеля и семьдесят воинов, – негромко ответила женщина.
– Но мы вернули Помпилио оружие, а он бамбадао.
Об умении адептов Хоэкунса обращаться с оружием слагали легенды по всему Герметикону, и жрец не мог их не слышать.
Но женщину покоробила неуверенность, прозвучавшая в голосе Алокаридаса: он что, боится?
Тем не менее ответила Старшая Сестра безмятежно:
– Один против всех? Алокаридас, ты должен понимать, что Помпилио не устоит.
– Он опасен.
«А ты хочешь крови».
Ты пропустил несколько оглушающих ударов и теперь готов мстить всем, без оглядки. Ты превращаешься в зверя, Алокаридас, неужели ты не видишь?
Старшая Сестра сжала кулачки.
– Я сделала то, что противно мне самой, старый друг: я приговорила к смерти невинных людей.
Моя душа плачет, Алокаридас, понимаешь? Перед моими глазами встает горящий Мачитар, и мне плохо, потому что люди погибли из-за меня. Перед моими глазами встает горящий Мачитар, и мне плохо, потому что я вижу, что случится с Ахадиром, если мы не сохраним тайну. Но когда я думаю, что нам придется убивать, мне тоже становится плохо. Я не хочу лить кровь, но я должна. И потому не заставляй меня вредить Помпилио больше, чем решено. – Женщина помолчала. – К тому же, зачем адигену нападать на нас? Мы хорошо поговорили, он поверил и готов помогать.
– Ты сказала ему, что прошло полтора года?
– Нет.
– Почему?
– Потому что в этом случае он отнесся бы к моим словам с меньшим доверием.
Если бы не кожаная маска, Старшая Сестра обязательно заметила бы, как удивленно приподнялись брови Алокаридаса.
– Не понимаю.
– Помпилио думает, что цеппели потерпели катастрофу несколько дней назад, а значит, его брат продолжает поиски.
