– Ты с ним не спала?
Синеволосая смотрела на нее с таким видом, словно от ответа зависела чья-то жизнь.
– Нет, – ответила ошарашенная Привереда.
И услышала неожиданное:
– Как же я рада."
"Неожиданное, искреннее и очень-очень нежное. На глазах Куги появились слезы:
– Марина, пожалуйста, прости… Я была… Я разозлилась… Я так переживала…
«Марина?»
Синеволосая сделала шаг и ласково дотронулась до щеки Привереды.
– Неужели ты не помнишь?
«Марина?!»
– Меня зовут Белла дер Жос. – Красивая синеволосая девушка смотрит доверчиво.
Ей за двадцать, но если судить по взгляду – подросток. Чистая, наивная, доверчивая и очень-очень красивая девушка.
– Марина Милль.
– Ты с Анданы?
– Да.
– Отец сказал, что ты будешь помогать мне в исследованиях, но я не понимаю, каким образом? Ты гипнот?
– Нет.
– Работала с мырами?
– Нет.
– Разбираешься в хищниках?
– Я разбираюсь в людях, Белла.
– Отец считает, что я виновата в провале?
– Нет, Белла, совсем нет. Просто вы с мырами совсем друг друга не понимаете…
– Нет!
– Ты вспомнила?
Привереда отшатнулась, с ужасом глядя на Кугу.
На Беллу… На Кугу…
– Не может быть!
– Марина… любимая… – Куга подалась вперед, вновь оказалась в сантиметрах, на расстоянии одного прикосновения.
Синие волосы… шелковистые, мягкие. Синие глаза, большие, как блюдца, нежные, любящие…
– Я помню, – прошептала Марина. – Я помню, как мы…
– Любили друг друга?
Перед глазами мертвый охранник. И еще один. И профессор дер Жос, рядом с которым урчит мыр. И слизывает языком теплую кровь.
Три трупа остались позади. Перечеркнули прошлое, изменили будущее.
Губы совсем рядом.
– Я люблю тебя, Марина.
– Я…
Жаркие слова. Жаркое дыхание. Голова идет кругом – слишком много обрушилось воспоминаний, причем таких, что лучше бы они остались в темноте.
– Мы снова вместе! И мы снова непобедимы!
Слова, дыхание и… эмоции. Эмоции гипнота накатывают волной, сметая неумело выставленную защиту. Эмоции гипнота поглощают. Страсть, желание, нежность…
– Марина…
– Белла…
Губы сливаются в поцелуе, сплетаются руки, по телу пробегает сладкая дрожь, и нет никаких мыслей, кроме желания.
Страсти. Нежности…
– Ой!
Цеппель вздрагивает так, что девушки едва не падают с ног.
– Что это? – Мысли продолжают путаться. Нельзя же так сразу: из сладкого в холодное. – Что случилось?
Еще один толчок. И Белла завизжала:
– Это взрыв!!
Алая алхимическая «хризантема» распускается прямо по курсу «Дедушки Джо». В полусотне шагов.
