Русый мужичок не заставил себя долго ждать. — Убирайте телеги с дороги и распрягайте животных.
— Но, генерал, — плюгавенький дракон замялся, — может, все же пройдем еще немного. Там деревни. Можно чем-нибудь с местными обменяться.
— Нет, — Ярвен оборвал его на полуслове. — Близость болот никогда не сулит ничем хорошим. Шафат! — Теперь уже к нам спешил косматый повар. — Разворачивай свою кухню. Люди голодные. Кормишь в первую очередь детей, а потом уже всех остальных.
— Остаемся здесь? — Медведь осмотрелся, за его спиной замельтешила Яська.
Ее взгляд метался от здоровяка-повара к тщедушному дракону.
— Да, лучше места нам пока не сыскать, — Ярвен недовольно цыкнул. — Дожди оказались некстати, да и планы немного поменялись.
— Я чего-то не знаю? — повар напрягся.
— Нет, — генерал снова покачал головой. — Просто теперь в столицу нам нужно попасть быстрее.
Весь вечер лил дождь. Капли разбивались о поверхность стремительно растущих луж. Лежа на матрасе в наспех поставленной палатке, вслушивалась в пространство вокруг.
Голоса, ржание лошадей, топот копыт, грохот повозок. Вроде все, как обычно, но...
Неясная тревога сжимала сердце.
Что-то тихо зашуршало у самого полога. Привстав, всмотрелась в узкую щель, оставленную плохо прилегающей тканью. Но ничего. Ни звука больше. Только сквозняком потянуло. И сыростью.
Поежившись, снова легла и укуталась в одеяло.
Сон не шел...
Закрывая глаза, я раз за разом видела перед собой серый мир: осыпающиеся пеплом стены замка, мебель, гобелены.
Кто-то истошно кричал, порой я даже слышала шаги, тяжелые, немного шаркающие. И вроде знакомые, но... Все это не могло быть моим прошлым.
Просто не могло!
То и дело передо мной вставал образ маленькой Дары. Я будто видела ее чужими глазами. Со стороны.
Это не давало мне покоя.
Отчаявшись, поднялась с матраса и, погладив хвост Лючи, спящей на сундуке, откинула полог. Поёжившись, выглянула наружу, в надежде высмотреть Ярвена.
Но мой взгляд тут же упал на маленькую сгорбленную фигурку мальца у самых стенок палатки. Сжавшись, он, кажется, дремал, обняв себя за колени. Промокший до нитки, трясущийся как зайчонок.
— Ты что тут делаешь?! — присев, я обхватила ребенка и подняла на руки. Он практически ничего не весил. Кожа да кости. — Да на тебе места сухого нет! Где твоя сестра? Почему никто не следит за тобой?
О, в этот момент я готова была рычать на всех и вся.
