Каких только несчастий не случается с одинокой слабой женщиной, верно?
Ингила хихикнула, но вдруг стала серьезной:
— Я и забыла… ведь госпожа — Вечная Ведьма! Может, и сейчас Рысь не зря тревожится из-за окошка? Правда-правда-правда! А поищем-ка мы, чем его закрыть!
Циркачка выскочила за дверь — и тут же вернулась, потрясая метлой:
— Вот! Хозяйская дочка на лестнице забыла. Ручка крепкая, толстая, мы сейчас ее в пазы…
Общими усилиями девушки приладили ручку метлы вместо засова.
— Вот и всё-всё-всё! — щебетала Ингила.
— С лестницы беда не явится: внизу наши сидят. И Сокол, и оба наемника, и мой Тихоня, и Рифмоплет, и Пилигрим.
— Пилигрим… — задумчиво промолвила госпожа. — По-моему, он самый храбрый на свете! Помнишь, как он бросился за мной в реку? И в темнице держался так мужественно…
Ингила помрачнела. Пилигрим, конечно, славный паренек, но незачем Дочери Клана так глубоко вздыхать… и глубокое мерцание в синих глазах тоже совершенно ни к чему… Ох, быть беде, если Рысь забудет, кто она такая!
— Словом, все там, — сухо перебила циркачка госпожу.
— Вся пестрая компания. Мимо них никто не проберется…
Она не договорила: госпожа вскочила на ноги так резко, что облачко волос взметнулось вокруг головы. Белая ручка взмахом указала на окно.
Ингила обернулась — оцепенела.
Оконные ставни подрагивали: кто-то пытался открыть их снаружи. Толчки были осторожными, но сильными: ручка метлы так и ходила в пазах.
Девушки разом закричали.
* * *Прежде чем взобраться по приставной лесенке на сеновал, Ферина прихватила возле поленницы топор.
Затем шустро полезла наверх, довольно взвизгивая, когда поднимающийся сзади Айфер лапал ее за икры.
Как только они очутились на груде свежего ароматного сена, наемник без единого слова сгреб девицу в охапку и весьма удивился, когда она ловко вывернулась из его могучих объятия.
— Потом! — строго сказала Ферина. — Сначала помоги, раз обещал. Приколотить надо кое-что… — Она протянула Айферу три длинных гвоздя. — Я б сама, да у меня все время гвозди гнутся, не напасешься.
Вот, держи топор — обухом придется…
— Ладно, — пожал плечами грайанец. — Что прибить-то?
Девица отодвинула слой сена в углу. Айфер присвистнул, увидев, что одна из толстых досок с одного конца почти оторвана от балки. Прочное дерево было исполосовано чем-то острым. Казалось, кто-то очень сильный пытался сверху прорваться в конюшню и почти в этом преуспел — но не пробился и в гневе изодрал доску ножом.
