Этот вой ворвался в помраченное сознание надышавшихся ядовитым дымом людей, встряхнул, заставил обернуться на грозные звуки.
В зыбкий, колеблющийся мир кошмаров вплыл, как нос корабля, угол сарая. Сквозь деревянную стену проступила человеческая фигура, властно вскинула руки над головой, шагнула к костру.
Разбойники в смятении попятились.
— Я — великий чародей Айрунги! — разнесся над поляной твердый, уверенный голос. — Вы посмели поднять на меня руку, жалкие слизняки? За это вы жестоко поплатитесь! Спешите к своему ничтожному главарю и скажите, что гибель его близка! Я приду за вами следом — и месть моя будет беспощадной!
Эти грозные слова вырвали сознание людей из плена кошмаров.
Почувствовав, что руки и ноги их слушаются, все трое молча рванули прочь, ломая кусты, падая, поднимаясь, скуля на ходу от страха.
* * *— А что я мог сделать, раз на двери замок? Поневоле пришлось сквозь стену… Повернись, я тебе руки развяжу… А теперь мы с тобой поставим один опыт. Если все будет так, как я надеюсь…
Длинные сильные пальцы учителя вцепились в ладошку мальчика.
От рывка Ильен поднялся, на непослушных ногах сделал, ничего не понимая, два шага. Стена сарая придвинулась вплотную — и вдруг стала полупрозрачной, обняла тело, как полоса тумана. Еще шаг — и мальчик оказался на поляне, где догорал костер под забытым котлом.
— Я так и знал! — раздался над ухом потрясенного мальчика довольный голос. — Я так и знал, что мы оба пройдем сквозь стену, если я буду держать тебя за руку!
На миг в душе Ильена вспыхнула ясная, ничем на замутненная радость от соприкосновения с чудом.
Но тут же мальчик опомнился:
— Учитель… Но как же… ожерелье…
— А что ожерелье? Главное — не бояться его! Хорошая вещь, волшебная… Мы, конечно, постараемся им пореже пользоваться.
Ильен заглянул в глаза учителю и молча ужаснулся: да ведь тот счастлив! Прямо светится изнутри!
— Учитель, призраки-маги нас предупреждали…
— А ты их больше слушай, этих покойных мошенников! Боятся, наверное, что мы сбежим с ожерельем.
Вот и запугивают… А знаешь, оно как живое. Потрогай, как оно нагрелось. Теплое, почти горячее.
Айрунги выпростал ожерелье из-под балахона. Ильен неохотно протянул руку, коснулся гладкой желтой поверхности. Металл был не просто холодным — ледяным, таким, что заныли пальцы. Но мальчик не успел ничего сказать — в мозг внезапно хлынули видения.
…Над большой деревней бушует лютая гроза.
