В густом белом киселе, расплывшемся у подножия утеса, что-то изменилось… Ах да, смолкла возня водной мелюзги. Ох, больно тихо стало вокруг!
И только он успел об этом подумать — взвихрились, пришли в движение полосы тумана, кем-то грубо потревоженные. И медленно, звук за звуком поднимаясь из плотной пелены, пополз на утес усталый, безнадежный человеческий голос:
— Кто-нибудь… помогите… не дайте погибнуть…
Люди на скале потрясенно застыли. Затем Аранша вскочила на ноги."
"— Сидеть! — рыкнул на нее Керумик и, подавшись вперед, крикнул в белесое тесто: — Эй, кто там?
— Люди! — обрадовался голос.
— Быть того не может… люди! Охотники, да? Я тоже… Да помогите же наконец! Я ранен…
Керумик попрочнее уперся рукой в выступ утеса и склонился над белым морем, подступившим уже почти к самым ногам путников.
— Ранен, говоришь? А напарники твои где?
— Все погибли… а я изранен, не могу встать… руку подайте, во имя богов!
Арлина вскинула сжатые кулачки:
— Да чего же ты ждешь, Керумик? Люди мы или не люди?!
— Мы-то люди… — задумчиво произнес Охотник, пристально и недоверчиво вглядываясь в туман.
В руке его сам собой возник меч. — Мы-то как раз люди…
— Женщина?! — изумился голос снизу. — Здесь?! Добрая душа, помоги раненому подняться наверх!
Не раздумывая, Арлина встала на колени и протянула в туман руку. Наемница схватила госпожу за плечи, рванула назад. Аранша сама не знала, что заставило ее так поступить. Может, в слове «женщина», прозвучавшем из белой мглы, ей послышались нотки, неожиданные для голоса раненого человека.
Плотоядные, жадные нотки…
— Послушай, — крикнул вниз Керумик, — у меня здесь глиняная фляга, большая такая. А в ней настой змеиного корня. Свежий настой, крепкий, коричневый. И я сейчас эту флягу опрокину вниз, в воду. Если ты человек, тебе от этого вреда не будет, правда?
Никакой фляги в руках Охотника не было. Но снизу, из тумана, этого наверняка было не разглядеть.
Ответом на слова Охотника был свирепый вой, в котором не осталось ничего человеческого.
Клочья тумана взметнулись и закачались из стороны в сторону, словно поверхность трясины, в которую швырнули камень. По пляшущим в воздухе белым полосам можно было проследить, как что-то большое, стремительно лавируя меж деревьями, улепетывает прочь от скалы.
— Госпожа, кажется, хотела сунуть туда руку? — кротко спросил Керумик.
Арлина, похолодев, глядела в ту сторону, где затихал удаляющийся вой.
— Может, когда-то он был человеком… — задумчиво протянул Керумик.
