А Гром не только принимал всякого — он тайно посылал весть невольникам в рудники, в каменоломни: убивайте надсмотрщиков, бегите в лес, атаман Джилар накормит вас, оденет, научит владеть клинком! И учились — в схватках: отряд рос, нужно было все больше продовольствия и опять-таки оружия. Гром талантливо планировал налеты на богатые владения. Теперь разбойники не прятались от стражи, а давали ей открытый бой. Слава Джилара катилась все дальше и дальше, и когда его люди одержали первую крупную победу, захватив Замок Горьких Родников, они торжественно подняли на щите перед шаутеем своего юного предводителя, провозгласив его властителем замка.
— Какое время было, какие люди! — с завистью вздохнул Орешек. — До чего же тогда интересно жилось!
— А тебе сейчас интереса мало? — резонно заметила Нурайна. — Заела серая, однообразная жизнь?.. Слушай дальше. Джилар учился принимать решения, командовать людьми — и в бою тоже… Он оказался способным учеником. Из-за удали и лихости во время особо отчаянных налетов пару раз попадал в опасные передряги, из которых его вытаскивал Гром, ворча при этом, что никто не имеет права сдохнуть, пока он, Гром, не вернет ему долги…
Орешек понимал, о каких исторических событиях говорит Нурайна, но сейчас они обернулись к парню совершенно неожиданной стороной.
— Когда Гром счел, что накоплено достаточно сил, он двинул свое войско на столицу, рассчитывая, что по дороге его ряды пополнятся. На пути стоял Торшмир.
Не стены Каменного Города были главным препятствием, а…
— …а старый Гайлао! — восторженно подхватил Орешек.
— Гайлао Снежная Полночь из Клана Дракона, Ветвь Гребня! — торжественно уточнила Нурайна.
Оба помолчали, думая об этом незаурядном человеке, чье имя осталось не только в трудах летописцев, но и в народных преданиях и песнях."
"В молодости Гайлао прославился как военачальник, под старость командовал дворцовой стражей короля Авитана, своего родича.
Старый Дракон был умен, решителен, но начисто лишен честолюбия. Борьбу за трон откровенно презирал, был предан королю и в ночь мятежа грудью преградил убийцам путь в покои государя. Полученные стариком раны были так серьезны, что заговорщики сочли его мертвым, но верные слуги спасли и выходили Гайлао. Встав на ноги, старый воин направился в Торшмир: он знал, что в гарнизоне Каменного Города много ветеранов, ходивших в бой под его командой.
