Дочь Клана привычно и уверенно держалась в седле, твердой рукой направляя лошадь по неровной горной дороге.
Замыкал кавалькаду небольшой отряд, взятый для охраны. Среди солдат были Айфер и Аранша.
Лунные горы провожали всадников тоскливым серым туманом, и радуга не стояла над ущельем, по которому уезжал отряд.
44
— Деньги, конечно, хорошие, но голова-то, ясная госпожа… голова-то своя, она ж дороже всяких денег!"
"Дюжий тюремщик скрестил руки на груди, всем своим видом выражая непоколебимость. Однако разговор не оборвал, не вышел вон и не хлопнул дверью.
— А что — голова? — ровно возразила Арлина. — Кто тебя просит рисковать головой? Кстати, за такие деньги не грех бы и рискнуть…
Этот обмен репликами двигался уже не по первому кругу. Оба собеседника порядком устали, а Арлина к тому же спешила: ее отсутствие могло быть замечено в доме дальней родственницы, у которой девушка сейчас жила. Тем не менее Волчица и тюремщик ничем не выдавали волнения и торговались с таким небрежным видом, словно речь шла о сущих пустяках, а не о том, чтобы устроить побег государственному преступнику.
Чтобы не выдать нетерпения и жадности, тюремщик поднял глиняную кружку с вином и начал пить большими злыми глотками. Не в силах больше видеть его физиономию, Арлина подошла к маленькому оконцу и выглянула на разбитый вдоль стены крошечный огородик.
Уже ползвона торчала она в мерзкой задней комнате мерзкого трактира, что расположился в самом мерзком городе Грайана. И разговаривала с самым мерзким человеком на свете, это уж точно! Они со всей вежливостью и учтивостью тянули друг из друга нервы.
— Тебе не надо подставлять себя под удар, — вновь начала девушка мягко и убедительно. — Передашь ему ключи от камеры и меч — и можешь спокойно дежурить дальше. Он уйдет, когда на твоем месте будет другой человек. Кто потом сумеет разобраться, откуда к узнику попали ключи?
— Как же! Так ему и удастся выйти наружу!
— А что? По пути будут решетки или запертые двери?
— Нет, но там охрана на каждом шагу!
— Ах это… можешь не беспокоиться.
Даже если в ваши тюремные коридоры битком набьется вся ваасмирская стража — это его не остановит, даже не заставит замедлить шаг.
— Такой воин, да, госпожа? — невольно заинтересовался тюремщик.
— Да, — глухо ответила Арлина. — Великий воин.
Слезы подступили к глазам, но усилием воли гордая девушка удержала их.
— Может, я и рискнул бы, — негромко сказал тюремщик. — За пятьдесят золотых.
