Орешек стряхнул пережитый ужас, как селезень стряхивает воду, и теперь пытался на ходу очистить одежду от подсохшей грязи. Перехватив веселый взгляд Арлины, сказал смущенно:
— Перемазался, как в месяц Осколок. Может, теперь меня не признает эта… как бы повежливее сказать… Многоликая Госпожа?
— А я не верю, что она тут хозяйка, — жизнерадостно сказала девушка. — Здесь так хорошо!
Орешек в изумлении взглянул ей в лицо, потом оглядел унылую равнину, по которой они тащились. Что тут могло понравиться Арлине? Разрумянилась, глаза сверкают, а улыбка такая… такая… Орешек лишь раз видел у нее на лице подобное выражение — на свидании, когда он читал ей стихи…
— Здесь чудесно! — продолжала Волчица счастливым голосом.
— У меня такое чувство, словно я попала домой. Словно шла, шла — и вот она, цель моего пути! Даже небо… даже ветер… даже запахи… сладковатые такие…
— Падалью воняет, — ревниво и хмуро уточнил Орешек. — Ветром запах принесло.
— А звуки? — тревожно вмешался Охотник. — Слышит ли госпожа какие-нибудь необычные звуки?
— Ты тоже их слышишь? — еще светлее расцвела Арлина.
— Я думала, мне мерещится… Легкий звон, вроде колокольчиков… то тише, то громче…
— Я слышу иначе, — серьезно ответил Эрвар. — Громкий, шелест. А некоторые различают скрип. Это движутся складки, о которых я говорил. Каждый слышит по-своему."
"Орешек напряг слух. Он услышал отдаленный вой ветра среди скал, пронзительные крики птичьей стаи, кружащей позади…
Они что, сговорились морочить его, Охотник и Волчица? Ой, не похоже на то!
Парень почувствовал себя обойденным.
Почему этот мерзкий Подгорный Мир, так гостеприимно распахнувшийся перед Арлиной, не желает открыться для него?..
Но тут Эрвар, взволнованный настолько, что забыл о своем приказе новичкам идти за ним след в след, приотстал от девушки и негромко сказал Хранителю:
— Пусть господин не погнушается моим скромным советом. Когда выберемся отсюда… Никогда, ни под каким видом Волчицу нельзя больше пускать в Подгорный Мир!
— Почему? — забеспокоился Орешек.
— Много тревожных признаков. Она слишком далеко продвинулась по пути, который лучше пройти мелкими шагами. Я сам начал слышать шелест складок на одиннадцатый свой переход через Врата, а Керумик до сих пор не слышит ничего. Таких, как наша госпожа, этот мир быстро сминает в комок глины и лепит заново — так, как ему нравится.
— Ты считаешь, что Волчица в опасности?
— Конечно, как и мы оба. Но ей угрожают не только чудовища и грозные силы стихий.
