Улыбки я не сдержала.
— Посмейся ещё, — огрызнулся Грей, подталкивая к выходу.
Мне, конечно, хотелось задержаться, чтобы понаблюдать за поведением самки и её детёнышем, но перечить мужу я всё-таки не рискнула. Я знала Грея достаточно хорошо, чтобы понимать — его доброта может закончиться в любой момент.
Выйдя, мы тут же напоролись на слугу, который подтаскивал к дверям зверинца большую плетёную корзину. Неудачный порыв ветра, и нас буквально окатило невыносимой вонью. Меня затошнило, а Грей возмутился:
— Это ещё что?
— Так еда для суки, ваша светлость, — ответил мужчина сконфуженно.
— Вы же сами распорядились. Вы просили, а мы достали. Вот. Привезли из города.
Слуга попятился, а меня прямо-таки окатили «восторгом».
Пришлось очень постараться, чтобы придать лицу приличное выражение и сказать беззаботно:"
"— О! Отлично! Сайя родила, потратила много сил, как раз нужно покормить.
— Родила кто? — переспросил Грей. Причём с таким видом, словно впервые об этих родах слышит.
— Сайя. Мы её, конечно, выпустим, но почему бы не дать временное имя?
В который раз за день герцог Нортеймский застонал.
Я была готова лично отнести еду питомице, но тут Грей принюхался уже не к корзине, а ко мне, и заявил:
— Ари, милая, ты так чудно пахнешь. — Он сделал широкий такой шаг назад. — Нюхал бы тебя и нюхал. Вот только глаза режет.
Очень захотелось обнять Грея и потереться о него своим платьем, но мы не в тех отношениях. Поэтому пришлось ограничиться широким оскалом и заявить:
— Ах, милый, ты у меня такой заботливый.
Как я раньше без тебя жила?
Хмыкнул. Прищурился. А потом вдруг случилось чудо:
— Иди, Ариадна. Я, так и быть, сам позабочусь о её корме.
Я сначала не поверила.
Но корзина была тут, зверинец рядом, а Грей предельно серьёзен. Ещё имелся слуга, а вот работника я не увидела — даже встала на цыпочки, чтобы его отыскать.
— Иди, Ари, — уже устало повторил Грей. — Я, конечно, возмущён, но ты сегодня совершила сразу два пусть вопиющих, но всё-таки невероятных поступка.
Отдохни, пожалуйста. — И совсем тихо, так что даже я с трудом расслышала: — Отдохни сама и дай отдохнуть другим.
Грей Морвель
Ари ушла — гордая, прямая, но заметно замученная. Я проводил её взглядом и с грустью подумал о том, что появление в этом замке герцогини лишь добавило проблем. У меня вообще-то рудники и наводнившие их гартхи, а тут… ядовитая собака рожает.
С трудом погасив желание послать всё куда подальше, я повернулся к слуге и велел:
— Рассказывай.
