— Может, Сэр Густав не так красив, как ваша кобыла или Руж сэра Эдейла, но — готов поспорить! — он обгонит вашу Бальди через четверть мили и хвоста понюхать не даст!
— Тогда — до большой сосны! — я махнула рукой в сторону ближайшего перелеска и ударила Бальди пятками.
— Задержите ее! — завопил сэр Раскел не своим голосом.
Бальди не успела взять разгон, потому что прямо ей под копыта бросился Рэндел и схватил за узду, пригибая голову лошади к земле, отчего я едва не вылетела из седла.
Мне удалось удержаться, но при этом я распласталась по холке лошади, как раздавленная лягушка — не самая достойная поза. Хорошо, что не завизжала — позора было бы больше.
— Вы что себе позволяете? — спросила я, едва сдерживая гнев.
— Вам не следует удаляться от каравана, — сказал он, забирая у меня поводья и разворачивая лошадь."
"Я испытала огромное желание пнуть его в голову прямо из седла, и с трудом сдержалась. И опять меня охватили досада и восторг — даже останавливая Бальди сэр Эдейл был выше всех похвал.
Какое безрассудство — пытаться остановить лошадь в галопе, но… какое смелое безрассудство.
Моя кобыла дрожала, тяжело дыша, и Рэндел поглаживал ее по атласной шее. И я задрожала тоже и поспешно отвела взгляд, приказав себе держаться подальше от соблазна.
Передо мной мелькнули красное от гнева лицо сэра Раскела, и бледное и растерянное лицо Эрика. Остальные рыцари бежали с мечами наперевес — будто из чащи уже рычали десять медведей и сто рысей.
— Как все переполошились, — заметила я сквозь зубы. — Можно подумать, я — пленница, которая пыталась сбежать.
Рэндел не ответил, и его молчание взбесило меня еще сильнее. Я прикрикнула на него:
— Пленница?! Отвечайте!
— Вы — королева, — он чуть повернул голову в мою сторону. — Мы обязаны охранять вас. Не удаляйтесь от каравана, очень вас прошу. Не добавляйте моим рыцарям работы.
Он передал поводья сэру Раскелу, который сразу принялся уговаривать меня пересесть в карету, приводя тысячи доводов, почему мне лучше не ехать в седле — начиная от возможного дождя, заканчивая нападением головорезов.
Но я наотрез отказалась оставлять Бальди, и после сдержанного спора, во время которого мы оба старались сохранить спокойствие и скрыть раздражение друг другом (что не особенно удавалось), мы пришли к решению, удовлетворившему нас обоих. Я поеду в седле, но в середине каравана.
