– ТТ, – уважительно кивнул на экран гаишник. Артем нахмурился.
– Ну-ка, перекрути назад, – попросил он. “Хаммер” вновь возник на экране. – А вот и машина Лапшина, – ткнул пальцем Вешняков. – Сначала ТТ, через десять минут Лапшин, а потом дамочка. Узнайте, кому принадлежит “Фольксваген”, – повернулся он к капитану.
Через несколько минут мы уже знали: машина зарегистрирована на имя Мироновой Марины Александровны, проживающей по адресу: Малая Посадская, дом восемь, квартира семнадцать.
– Поехали, – поторопила я Артема.
Он отпустил служебную машину и пересел в мою.
Дом восемь по Малой Посадской выглядел солидно, квартиры не из дешевых. На двери домофон. Ответить нам не пожелали.
– Если там еще один труп, я с ума сойду, – мрачно пошутил Артем.
– Бери в оборот ТТ, – мяукнула я.
– Не учи! – рявкнул он довольно громко, нервы у него действительно не очень. – Извини, – сказал он поспешно. – Что ты пристала? – перешел он на ласковый скулеж. – Каким дураком надо быть, чтобы явиться к человеку с намерением его убить на “Хаммере”? Да эту тачку каждая собака в городе знает.
– Может, он убивать не собирался. Так вышло.
– Ага. Два часа назад ты что говорила? Убийца ждал Лапшина в доме.
– Ну, говорила, – неохотно согласилась я и огрызнулась: – Таких совпадений не бывает.
– Значит, не совпадения, но и совсем не то, что ты думаешь.
– Слушай, – не выдержала я, – ты жаловался, у тебя зарплата маленькая. Тебе Тагаев, часом, не приплачивает?"
"Артем взглянул так, что стало ясно: только наша старая крепкая дружба избавила меня от хорошего тумака.
Вешняков молча развернулся и ушел, а я бестолково потопталась возле двери, еще раз позвонила с тем же результатом и вернулась в машину.
Конечно, меня мучила совесть, она иногда дает о себе знать, хоть ей, бедняжке, нелегко со мной приходится. Артема я обидела зря. Парень он хороший и этого не заслуживал.
На душе было так скверно, что на месте мне не сиделось, и я бестолково металась по городу. Потом пристроилась в каком-то кабаке на окраине, надумала напиться, но и эта идея не прижилась: как-то не хотелось.
Заказав себе пиво, я названивала по телефону, тоже без особого толка, выяснила лишь следующее: Лера чувствует себя неплохо, она уже дома и с ней Петр Викентьевич. Тут мне в голову пришел недавний разговор с Лерой: из восьми гостей Сафронова четверо уже трупы. Предполагалось, что погибель грозит хозяину, а он, слава богу, жив-здоров, зато гостям повезло не в пример меньше.
