Пусть мы аристократы с землёй, но без поддержки…
— Значит, я сделаю так, что все вперёд нас побегут жаловаться на этого ублюдка императору, — я дёрнул щекой, чувствуя, как внутри закипает ярость. — Пусть не сейчас… Чутка огляжусь и начну. И поверь, дед, когда закончу, от этого повытчика останется мокрое место.
— Удачи, — махнул рукой Магинский, но в его глазах мелькнуло что-то похожее на надежду. — Такой же безрассудный и упрямый, как я.
— Э, нет, — я хрустнул шеей, разминая затёкшие мышцы. — Поверь, таких, как я, ты ещё не встречал.
— Подойди, — вдруг произнёс дед, и в его голосе появились нотки, которых я раньше не слышал.
Сделал несколько шагов к столу, и тут мой магический источник зашевелился, будто учуял что-то. Запах кислоты стал сильнее, я чувствовал его даже на своих разбитых губах. «Да ладно?» — пронеслось в голове.
Старик протянул мне перстень главы рода.
— Держи, — хмыкнул Магинский. — Если не струсишь, он тебе пригодится. Может, ты и правда сможешь то, что не удалось мне.
Вот только перед тем, как взять кольцо, я быстро схватил нож со стола старика и резанул его по руке. Реакция была мгновенной.
— Тише… Тише, Жора, — направил лезвие в сторону дёрнувшегося слуги. — Я кое-что проверить хочу. Не двигайся, а то порежешься.
— Молодой господин, отойдите, не заставляйте меня делать вам больно, — холодным голосом произнёс слуга. Его глаза стали блёклыми, как у мертвеца, а в руке сформировался ледяной осколок.
«Да… Недооценил я сверхэмоционального Жору, — подумал я.
— Мужик-то — крайне сильный маг. Тут четвёртый, а то и пятый уровень, мастер школы. С таким шутки плохи».
Одной рукой я направлял нож, а второй обмакнул палец в крови старика. Стоило только поднести его к носу, как всё стало понятно. Запах был тот же, что и от моего яда, лишь немного другой.
— Дедушка, скажи, а ты к каким лекарям обращался? — спросил я, не сводя взгляда с Георгия. — Я про твой недуг.
— Ко всем лучшим в нашей округе. Даже в Томске, — ответил за него слуга, всё ещё держа наготове свой ледяной кинжал.
— Ты можешь мне не верить, — я демонстративно опустил нож и положил его на стол, — но тебя отравили.
— Не может быть! — Магинский пошёл красными пятнами, его лицо исказилось от шока и гнева.
Жора тоже не поверил в мои слова, но, когда я показал свою магию, крыть им было нечем. Зато узнал, что яд — крайне редкая штука, и таких людей, как я, очень любят в армии и при дворце.
