По дороге в свой кабинет, где он оставил куртку, Феодосий позвонил Розе Михайловне и договорился, что сейчас заедет. Естественно, на поздний визит пожилая женщина согласилась без всяких разговоров.
Секретарша почему-то была все еще на работе, несмотря на позднее время. Он мимолетно удивился этому обстоятельству, но тут же забыл о нем. Сейчас это было совсем неважно.
— Феодосий Алексеевич? — Она попробовала что-то спросить, но он лишь отмахнулся от нее, как от назойливой мухи.
— Подожди, потом, все потом. Мне надо ехать, меня ждут.
— Кто ждет? Женщина? — Если эта дура решила сейчас разыгрывать ревность, то она выбрала не самое лучшее время. И вообще, похоже, надо ее убирать из приемной.
Приятные дополнения к служебному функционалу грозили плавно перетечь в дополнительный геморрой. Рано или поздно так случалось со всеми секретаршами, и Феодосий относился к этому обстоятельству с холодной расчетливостью, цинично называя его «истекшим сроком годности».
— Да, женщина. — Он не вдавался в детали, во-первых, потому, что ему было некогда, а во-вторых, потому, что ее обида была ему только на руку.
Вдруг сама уволится, избавив его от необходимости вести неприятные беседы.
Впрыгнув в машину, Феодосий включил зажигание и выехал с парковки, взвизгнув колесами. Он особо не торопился, просто уж такая у него была манера езды, да и вообще манера жизни — делать все на максимальных скоростях. Обычно, отъезжая от своего офиса, расположенного в центре города, он поворачивал направо, чтобы проехать метров пятьсот по довольно тихой улице, а потом повернуть направо, на мост через Волгу, поскольку его дом стоял за рекой, в тихом, уютном микрорайоне «Сосновый берег», казалось, расположенном не в десяти минутах езды от шумного центра, а за городом.
Построить себе здесь дом было недешево, но Феодосий вполне мог себе это позволить. Впрочем, в дом они с мамой и Наташкой переехали совсем недавно, уже после отъезда Нины. Он знал, что бывшую жену это обстоятельство очень бесило. Если бы она могла перед разводом оттяпать этот дом, то обязательно бы оттяпала, вот только дома тогда не было.
Сейчас ему нужно было доехать до соседней улицы, где в старом доме сталинской постройки жила Роза Михайловна, поэтому он повернул налево и посильнее нажал на газ. Дорога из-за позднего уже времени была пустынна, и, пожалуй, именно это обстоятельство спасло Феодосию жизнь.
Он не сразу понял, что произошло. Машина, только что послушно слушающаяся руля, вдруг стала полностью неуправляемой.
