Я начал ей звонить, но телефон действительно был вне зоны доступа. Тогда я позвонил ей домой. Ее мама не знала, что Настя провела ночь со мной, и была немного удивлена, что у Насти, оказывается, есть друг. В общем, она понятия не имеет, где Настя, и та не приезжала домой, хотя, когда мы расстались, собиралась именно туда. Ребята, случилось что-то страшное.
— А ты не преувеличиваешь? — аккуратно спросил Лаврецкий. — Ну, передумала девчонка, поехала не домой, а к какой-нибудь подружке, а телефон просто сел.
— Ее мама позвонила Аглае, это Настина подруга. Считалось, что Настя проводит ночь у нее, а не у меня, поэтому та сначала вообще начала что-то врать, но потом поняла, что дело серьезно. Настя звонила ей с утра, от меня, так же как и маме. И все, больше она на связь не выходила. И телефон у нее сесть не мог, потому что она совершенно точно заряжала его всю ночь.
— Денис, ну, у молодой красивой женщины могут быть разные обстоятельства, по которым у нее выключен телефон, — начал Феодосий, но замолчал, потому что Соня весьма ощутимо шлепнула его по руке.
— Денис, я считаю, что ты прав и с Настей действительно произошла какая-то неприятность, — мягко сказала она. — Я не очень хорошо ее знаю, но убеждена, что она не может обманывать. Кроме того, она излишне рьяно интересовалась убийством Николая Модестовича и могла привлечь к себе внимание убийцы. Поэтому мы сейчас, не медля ни минуты, позвоним полковнику Бунину."
"— Ему уже позвонила Настина мама. — В голосе Дениса звучало страдание.
— Да, но мы владеем информацией, которая может помочь найти Настю.
Они позвонили Бунину, и Соня быстро и последовательно рассказала тому все, что они узнали от Светланы. По мере рассказа Денис менялся в лице.
— Если это Арсюха, то я его убью, — сказал он наконец, когда Соня договорила и отключилась. — Если выяснится, что он тронул хотя бы волос на Настиной голове.
— Бунин велел ехать к нашему дому, — быстро сказала Соня. — Так как речь идет о безопасности Насти, он хочет сначала переговорить с Арсением сам.
Поехали.
До Сониного дома они доехали минут за десять. Денис был бледен. Соня то и дело поглаживала брата по руке, призывая не волноваться.
Машина полковника уже стояла во дворе, рядом с ним сидела красивая, огненно-рыжая женщина чуть за сорок. Журналистка Инесса Перцева, мать Насти Пальниковой. Ее лицо тоже было бледно, хотя и невозмутимо.
— Так, еще раз быстро излагайте факты, — коротко сказал Бунин.
