Рёрех и сам все понимает. Тем более Сергея, пока все устраивало. Для него этот поход — не финансовая операция, а ознакомительная поездка и установление нужных контактов. И узнал Сергей уже немало. В том числе и о том, чего узнать никак не ожидал. Например, о датских корнях белозерской княжеской династии.
Сначала объединенная флотилия отправилась не вокруг ютландского полуострова, а к острову Сёлунд[1], а точнее — к укрытой внутри симпатичного фьорда местной столице городу Роскилле, вблизи которого временно ошвартовалась часть флота Бьёрна.
Заглянули ненадолго, всего на несколько дней, и вскоре вернулись на основной маршрут, обогнули ютландский полуостров, с попутным ветром устремились к заветной цели нашего вояжа. Королевству франков.
Впрочем, без приключений не обошлось. Потому что там, где Машег, там всегда… приключения.
— Поохотиться? Почему нет? — Хрольв Пешеход был настроен благодушно. Вторая половина Бьёрнова флота оказалась даже больше первой, так что мечта Хрольва о Париже стала еще ближе к воплощению.
Вдобавок он предвкушал очередное застолье, богатое застолье. Потому что здешний конунг Хвитек был щедр и, кроме того, приходился троюродным братом Бьёрну свейскому. — Только не забредите на чужой одаль. На этом острове много отличного леса, но бондов еще больше! И если из-за вас, герои, их станет меньше, придется верегельд платить!
И захохотал.
Машегу и Траину шутка понравилась. Сергею — нет. Равно как и сама идея охоты. Но отпустить эту парочку вдвоем ему нравилось еще меньше.
— Мы постараемся сэкономить, — сказал он.
И Хрольв снова загоготал.
Сергей поморщился. Выхлоп у великана был… великанский."
"Нельзя сказать, что идея поохотиться в здешних угодьях Сергею не нравилась. Подышать живым лесом, пробежаться по земле — это прекрасно. Особенно после Лебединой дороги. Нет, Сергей искренне любил море. Его запах, простор, упругое сопротивление рулевого весла в ладони, ритмичную песнь гребцов, тугое крыло паруса, скользящее по серым валам многометровое тело морского дракона… Восторг!
Но лес — это другое.
И охота… Игра, ставка в которой — жизнь. И она особенно интересна, когда это не только жизнь дичи, но и жизнь охотника. Вряд ли здесь водятся медведи и туры, но кабаны точно есть. Взять на копье секача, который весит в пять раз больше тебя, — это круто! Хотя Машег, например, предпочитал тот вариант, когда решает не сила, а предвиденье. Косуля — не печенег. Она реагирует на звук спущенной тетивы куда быстрее.
