— Ты жених? — прямо спросил Сергей.
— Брат. Ранили его.
— Далеко? — уточнил Сергей.
— В Роскилле. Когда мы из гарда уходили.
— Нет, где они сейчас?
— Тут, рядом.
— Пошли пообщаемся, — решил Сергей.
Согласится или нет? Вопрос доверия. А доверие оно такое, обоюдное.
— Пошли, — не раздумывая, согласился брат жениха. — Только можно я косулю вашу заберу? С ночи не жравши, — и поспешно добавил: — Мы заплатим!
— Забирай, — разрешил Сергей. — Траин, отвяжи.
— Меня Хальфдан зовут, — представился брат жениха. — Хальфдан Сваресон.
Косулю Хальфдан вскинул на плечо играючи и пошел с ней будто налегке. Хорош. Сергей бы такого в хирд взял охотно.
Опять-таки доверие парень продемонстрировал: впереди пошел. А ведь видел, как они меньше чем за минуту управились с Гьотом и его пристяжью. Хальфдан, значит. А вторая половинка у него, случайно, не словенская?[2]
Нет, не словенская. Английская. Мама у парня оказалась из нортумбрийских англов, а папа — коренной. И тоже хёвдинг. Умер в прошлом году. А словенский парень знал от бабки, которая хоть и нурманка, но молодость провела где-то в Гардарике.
Впрочем, это было непринципиально. Парень Сергею по-любому нравился. Правильный. И неглупый. Это он придумал фокус с ручьем: изобразить, будто они вверх пошли, а самим отойти на пару километров и схорониться. Только собачек не учел. Собачки, кстати, не ошиблись и по правильному следу шли. Просто у беглецов и варягов маршрут, тропка звериная, совпал.
А вот «десятимарковая» девушка оказалась обычной датчанкой.
Симпатичной, но не более. С той же Колхульдой даже и сравнивать смешно. Симпатичной, молоденькой и до смерти перепугавшейся, когда потенциальный деверь вернулся не один.
— Это друзья, — успокоил родню Хальфдан. — Они нас от Гьота избавили.
— Как? — спросил брат.
Был он похлипче старшего, но ненамного. И бледноват. Надо полагать, крови потерял порядочно.
— Я погляжу? — предложил Сергей, указав на не слишком умело перебинтованное плечо.
— Ты еще и лекарь? — удивился Хальфдан.
— Немного, — Сергей усмехнулся.
— Убивать у меня лучше получается.
И полез в сумку за «средневековой аптечкой», без которой еще с прошлой жизни никогда из дома не уходил.
Рана оказалась некритичная: мышцу рассекло. Причем вдоль, то есть сама нормально срастется, только обработать как следует и сверху зашить.
Пострадавший держался мужественно. Минуты две. Потом отключился, избавив Сергея от необходимости торопиться.
— Повязку не снимать три дня, — сказал он брату.
