Я злилась на себя за такое малодушие…
Хотя как тут не бояться, когда над тобой нависает такой громила, как Аллатристе, с которым ты вот-вот останешься наедине!
За спиной раздался грохот, и я подскочила от неожиданности. Тайрон закрыл дверь и кивнул мне:
– Проходи. Можешь присесть.
Только тут я наконец-то осмотрелась.
Кабинет Аллатристе даже кабинетом было сложно назвать. Он был скорее похож на тренажёрный зал для какого-то средневекового рыцаря: просторное помещение было заставлено стойками с оружием, мишенями, деревянными манекенами, испещренными многочисленными зарубками – на них явно отрабатывались удары.
За всем этим великолепием брутальности я не сразу заметила письменный стол, придвинутый к стене. Он был массивный, но без особых изысков, сделанный из тёмного дерева. На нём лежали какие-то свитки, а вот никаких кресел рядом не наблюдалось. Только напротив громоздилась куча одежды, на самом верху которой лежала кольчуга из крупных колец.
Отчётливо пахло бергамотом и кедром, и от этого запаха защемило сердце.
– Вы предлагаете мне присесть на стол? – с нервным смешком уточнила я. Аллатристе хмыкнул и одним резким движением сбросил ворох одежды на пол. Под ним обнаружилась низенькая кушетка, обитая светлой тканью в веселенький цветочек, которая на фоне оружия смотрелась, как на корове седло.
Только взглянув на неё, я поняла, что если сяду, то точно не встану, и помотала головой:
– Спасибо, я лучше постою!
– Ну, как знаешь, – усмехнулся Тайрон.
Он подошёл к столу, как-то странно скукожившемуся на его фоне, прислонился к нему, скрестил мускулистые руки на груди и кивком указал мне встать напротив.
Я послушалась и скопировала его позу. Только облокачиваться мне было не на что, поэтому я просто встала прямо, переплела руки перед собой и вздёрнула подбородок, показывая, что совершенно ничего не боюсь.
Хотя внутри всё дрожало, и ещё как!
– Когда Фрея только захворала, – начал Тайрон, буравя меня пристальным взглядом, – по всему королевству искали самых лучших лекарей.
Так здесь и появился Кляйн – он был единственным, чьи снадобья хоть как-то облегчали её состояние.
Я затаила дыхание, ломая голову, почему вдруг капитан решил об этом заговорить.
– Но я понимал, что Кляйн не в силах излечить Фрею полностью. Поэтому искал дальше. Лучшие лекари закончились, поэтому я проверял всех, кто знал лекарское дело. И никто не мог ей помочь.
