Примерно через минуту кто-то гасит большой свет и включает фильм. Мы смотрим в полумраке. Какая-то комедия, все ржут, заедают снеком. Я, будучи трезвой, тоже жую печенье и стараюсь вникнуть, но мысли скачут галопом. Алекс обнимает меня, гладит.
Все на нервах. Не только мы с девочками. Вообще все.
А затем мы целуемся. Первое касание губ происходит случайно, я даже не понимаю, кто потянулся первым. Вокруг люди, и мы так никогда не делали. Но, едва почувствовав вкус друг друга, остановиться уже не можем. Его язык ласкает мой, я закрываю глаза от удовольствия.
Машинально царапаю ногтями его предплечья.
Меняем положение, чтобы стало еще удобнее. И трогаем друг друга медленно, по возможности незаметно.
Он целует мою шею. Потом я касаюсь языком его горла. Трепет внутри, и даже неважно, что кругом чужие люди. Их будто не существует, есть только Алекс. Мой Алекс.
Вновь меняем положение. Я дышу ему в висок, он прижимает ближе. Ощущаю под ягодицами знакомую твердость, от предвкушения свожу ноги. Губы пересыхают.
Алекс в сотый раз меняет положение, я теперь на диване, но и в его руках одновременно. Он нависает сверху, как бы пряча меня от всех, целует. В губы, щеку. Шею.
— Пойдем в номер?
Его шепот касается влажной мочки и по коже прокатывается к низу живота. Смысл сказанного — добивает.
Киваю. Отличная идея. Потрясающая.
— Мы уходим, — объявляет Алекс громче. — Хочу отдохнуть.
— Уже? Еще и десяти нет. Ребят, вы че так рано? — сокрушается Олеся. — Раф, а как же праздник? Если ты уйдешь, мне Вовка весь мозг вынесет!
— Скажи, что я не ушел.
— Ну вы придете еще? Мы же потом в клуб по плану, — говорит Артур. — Раф, я тебя сто лет не видел. И через три дня ты снова уматываешь.
— Пожалуйста-а-а! — тянет Олеся.
— Да, придем. К полуночи, наверное.
Мы встаем, поправляем одежду.
На прощание нам протягивают косяк, который я испепеляю взглядом. Ну нет! Алекс берет его, привычно сжимает между пальцами, подносит ко рту. Я перехватываю его запястье! Заглядываю в глаза.
— Пожалуйста. Я терпеть не могу.
Он будто мешкает мгновение. Потом усмехается:
— Всё нормально. Идем уже.
Делает движение, освобождаясь. Глубоко затягивается, выдыхает дым изо рта и носа. Обнимает меня за талию и торопит к выходу.
Глава 27
Его ладонь сползает с талии ниже, пока мы ждем лифт. Слишком по-свойски, слишком нагло. Пульс шумит.
Едва двери за нами смыкаются, Алекс притягивает меня к себе. Хочет поцеловать, я отворачиваюсь. Он не обижается, целует в щеку. Говорит:
— Привет.
