– Самое интересное впереди! – потер руки Сеня. – Раиса упомянула ожерелье «Хризантема»?
– Верно, – подтвердила я. – Оно произвело на нее неизгладимое впечатление. Цветы выглядели прямо как настоящие, на листочках – драгоценные камни, исполнявшие роль капель росы.
– В самом начале перестройки случился скандал, – перебил меня Собачкин. – Начался он с того, что на премьеру кинофильма «Яблоко раздора» Маргарита Корсо, которая исполнила главную роль, пришла в роскошном колье. На вопрос журналистов о драгоценности она ответила: «Это семейная реликвия.
Ожерелье в начале двадцатого века заказал дедушка для своей невесты, моей будущей бабушки. Оно называется «Хризантема», стоит безумных денег. Но это не единственное уникальное украшение, которым обладала бабушка. У нее было много подарков от отца, потом супруг начал баловать ее». И давай хвастаться тем, что у нее дома в коробках лежит.
– Не самый умный поступок, – заметила я.
– Вот-вот, – согласился Кузя. – Такое поведение может приманить воров.
Длинный язык никогда до добра не доводит.
В случае Корсо все закончилось плохо. Молодая женщина летом жила на даче. Обычный подмосковный дом, внизу две комнаты, кухня, наверху спальня. В середине июля ее нашли мертвой, пропало колье и другие украшения, которые девушка возила с собой. Наверное, думала, что, держа ювелирку рядом, она никогда ее не лишится. Первые годы перестройки – время разгула желтой прессы, которая ощущала полную безнаказанность. Журнал «Сплетни» опубликовал фото Маргариты с ожерельем на шее и процитировал ее слова про ценность, которая передается в семье из поколения в поколение.
И тут случился скандал, который разожгла Софья Авилова. На тот момент даме перевалило за девяносто лет, но она выглядела лет на тридцать моложе, обладала цепкой памятью и острым умом. А еще читала «Сплетник» и не стеснялась этого. Позвонила в редакцию и рассказала журналистам захватывающую историю, достойную стать сюжетом приключенческого романа.
Ее отец, купец Игнат Алексеевич, отказался после большевистской революции уезжать во Францию, где у него был хороший дом, в котором Авиловы проводили лето. Дети упрашивали папеньку, объясняли, что в России скоро будет невозможно жить. Но старший Авилов повторял:
– Вы делайте что хотите, а я здесь родился, тут и умереть хочу.
В конце концов вся родня уехала, дома остались неуступчивый мужчина и Софья, младшая дочь, которая еще не ходила под венец.
