— Но лишь недавно поняла, что это был мой самый правильный шаг в жизни, — поставила она бокал на место.
Словно из-под земли рядом вырос официант с подносом, на котором стояло серебряное ведерко с торчащим горлышком винной бутылки.
— Мой сын — мой стержень: выдерни его — и я рухну, — не обращая на него внимания, добавила Тамара…
…Из Минска она вернулась в воскресенье поздно вечером. Около двенадцати, никем не замеченная, она поднялась на свой этаж, прошла по коридору и открыла дверь в комнату.
— Куда ты пропала? — вскочила на кровати Леночка.
— Отдыхала у родственников, — не стала вдаваться в подробности Тамара.
— Отдыхала она! Да тут такое происходит!
— И что же тут такое происходит? — спрятала она плащ в шкаф."
"— Ну… Я даже не знаю, как тебе сказать…
— Ты о свадьбе Радченко с Тишковской? — спокойно уточнила Тамара.
— Ты знаешь?! — округлила глаза соседка. — Все только и говорят об этом, а он целую неделю из нашей комнаты не вылезает. Тебя обыскался, домой звонил, у дома Куприяновых два дня дежурил, а вчера вечером пьяный пришел, упал на твою кровать, да так и уснул.
— А зачем ты его впустила?
— А ты попробуй не впусти: он — как невменяемый, глаза квадратные, никого не видит, а силищи у него, сама знаешь, на троих хватит… Инночка твоя снова в больницу попала, — укоризненно посмотрела она на Тамару. — Артем между ними разрывается, а от тебя ни слуху ни духу. Хорошо хоть Вероника подсказала, что тебя декан на неделю отпустил. — Лена сделала паузу и без всякой связи добавила: — В понедельник Пашка сделал мне предложение, а вчера забрал свои слова обратно и ушел навсегда.
— То есть как? — не уловила логики Тамара.
— Донесли, что, пока он был на практике, я встречалась с Дубовым с робототехнического… Ты его хорошо знаешь, он тоже в самодеятельности… — Ленка всхлипнула. — Да и как встречалась? Ну, сходили мы с ним один раз в кино, второй — на дискотеку. Ты все сценарий у Ларисы писала, а мне хоть волком вой-й-й… — вдруг и вправду завыла соседка и упала лицом в подушку.
Честно говоря, видеть это для Тамары было более чем удивительно: отличаясь редким даром — «пофигизмом», Ленка ни по какому поводу глубоко не расстраивалась, а уж тем более дело никогда не доходило до слез.
— И что? — присела к ней на кровать Тамара.
— Ты у Ленской тогда заночевала… А тут заше-е-е-л он…
— Кто?
— Дубов заше-е-е-л!
— И что?
— Ну что-что? Не догадываешься, что ли?
— Догадываюсь, — ответила Тамара после паузы.
