Мол, от этого зависит, возьмут ее в журнал работать или нет. Оказалось, что журналистка — ее старшая дочь. Полгода назад вышла замуж, переехала в Минск. Она у них журфак заканчивает, пробуется в разные издания и как псевдоним взяла девичью фамилию матери. Дали ей задание — написать про местную бизнесвумен, а она-то в Минске толком и не знает никого.
— Постой… А как же Лялькина дочь может быть старше моей Юльки? — озадачилась Инна.
— Это дочь старшей сестры. После ее смерти Элла вышла замуж за ее мужа и удочерила девочку.
Помнишь, после конкурса «Прекрасная орхидея» она неожиданно забрала документы? Поехала за больной сестрой ухаживать и малышку смотреть.
— Лялька?! — поразилась Инна. — Никогда бы не подумала…
— Они с сестрой выросли в интернате, почти как моя мама с тетей Аней… Я иногда думаю: если бы Лялька тогда не уехала, вряд ли она не вмешалась бы в нашу историю. Кто знает, что тогда из всего этого вышло бы…
…Тамара спряталась от любопытных глаз сидящих в очереди женщин в самом дальнем, затемненном углу коридора.
В отличие от прошлогоднего посещения гинеколога, на этот раз она не собиралась ничего и никому доказывать. Ей хотелось узнать лишь одно — причину задержки месячных. Ответ мог или успокоить, или… Что будет в случае этого «или» — она не знала и старалась гнать такие мысли."
"Посматривая на талончик с указанным временем, которое давным-давно истекло, Тамара никак не могла понять, как же женщины попадают в кабинет: вроде бы есть запись и очередь, а вроде и нет. Одни, как и она, робко озирались по сторонам и молча следили за медленным продвижением очереди; другие пытались скандалить; третьи, даже не спрашивая, кто последний, с ходу открывали дверь и подолгу засиживались у врача.
Тамара попала на прием одной из последних.
— Замужем? — как выстрел прозвучал вопрос моложавой женщины (прежняя врач ушла на пенсию). — Все ясно. Студентка, — уловив смущение на лице пациентки, устало заключила она. — Раздевайтесь.
Отвечая на вопросы, Тамара разделась, забралась на ужасное кресло и в страхе закрыла глаза.
— Очень похоже на беременность, — словно во сне услышала она. — Будете сохранять или пойдете на аборт? — задала доктор, по всей видимости, привычный вопрос.
— Не знаю, — мгновенно пересохшими губами еле вымолвила Тамара. — Мне надо подумать.
— Хорошо, думайте. Время еще есть, — вздохнула врач. — Но на всякий случай я выпишу вам направления на анализы.
Путаясь в одежде, трясущимися руками Тамара стала одеваться за ширмой.
