Изложить ему, что ли, первоначальную легенду о маленьком болгарском мальчике, в самом нежном возрасте увезенном родителями на чужбину и потому языка не знающим вовсе? А не повлечет ли это за собой более детальные расспросы? Тогда придется импровизировать на ходу, и кто знает, каковы будут последствия… Да ну его к черту, придется рискнуть…
С дружелюбной улыбкой Сабинин продекламировал на чистейшем русском:
– Ходит птичка весело по тропинке бедствий, не предвидя от сего никаких последствий…
– Что ж, довольно музыкальный язык, – сказал комиссар Мюллер, внимательно его слушавший.
– Что-то это мне напоминает… – И внезапно, легонько помахивая сигаретой словно дирижерской палочкой, нараспев сказал по-русски, довольно чисто и грамотно: – Трубят голубые гусары и в город въезжают толпой, а завтра мою дорогую гусар уведет голубой…
«Вот так сюрприз! – в смятении подумал Сабинин. – Неужели он владеет русским? Настолько, что знает даже довольно старые романсы, модные в офицерской среде? Если так, он меня определенно подловил…»
– Простите? – поднял он брови с невозмутимым видом.
– Что вы сказали?
– О, пустяки, – безмятежно ответил Мюллер. – Это русская пословица, читал где-то… – Он смотрел на Сабинина с легкой насмешкой, испытующе. – Впрочем, болгарский, насколько я знаю, довольно близок к русскому? Странно, что вы не поняли…
– Ну, близость языков – понятие относительное, – сказал Сабинин, которого не покидало неприятное ощущение некоего провала. – Вы, австрийцы, тоже вроде бы на немецком говорите, но расхождения таковы, что я далеко не сразу научился австрийцев понимать, хотя немецкий изучал скрупулезно…
– О да, – охотно подхватил Мюллер.
– И даже более того: немцы в Германии сами порою друг друга не понимают, баварец не всегда и договорится с саксонцем, а уж ужасное наречие мекленбуржцев…
Он держался совершенно непринужденно, его ничуть не заботило, что беседа приняла какой-то странный характер, – словно и не было у него другой задачи, кроме как рассуждать со случайным болгарином о языковых тонкостях.
Что за игру ведет этот лощеный тип и какие цели преследует?
– Мне, право, нелегко… – сказал Сабинин. – Я понимаю, что в учреждениях, подобных здешнему, решающее слово всегда остается за хозяином, и тем не менее… Видите ли, у меня вскорости должна состояться встреча с дамой…
– О, право же, господин Трайков, это я должен извиниться за то, что столь беззастенчиво занимаю ваше время! – воскликнул комиссар Мюллер с тем же наивным видом.
