Вовсе необязательно, что это как-то связано с тем, что мы ищем. И я буду рада, если вы не станете болтать об этом. Это затруднит нашу работу.
– Нет-нет, что вы, я понимаю, – замахала руками женщина и подлила Эйре еще компота, который был сварен по рецепту мамы, а та унаследовала его, в свою очередь, от бабушки.
Они сидели в саду, и дочь Ингамай вспоминала фрагменты из того, о чем рассказывала ей мама, еще тогда, в девяностые.
В тот день у старой кузницы собралось несколько подростков. Они развели огонь, и старушка учуяла запах дыма.
А ведь земля была сухой, и обстановка в лесах – пожароопасной.
Ингамай подошла к границе своего участка и крикнула им, чтобы они перестали, но в ответ услышала только смех. Потом она видела, как один из подростков мылся в реке, когда спустилась на берег прополоскать половички – она упорно продолжала это делать, несмотря на то что у них уже лет десять как была стиральная машина.
Видок у парня был как из фильмов ужасов.
– Да-да, именно такими были мамины слова.
Если она правильно помнит, кое-кто из них был на мотоциклах.
– Вы мне рассказали куда больше, чем ваша мама сказала по телефону, – заметила Эйра.
– Ну она же нервничала из-за того, что звонит в полицию. И потом, она ведь думала, что к ней приедут, сядут и выслушают.
– И вы уверены, что все это произошло в те дни, когда пропала Лина Ставред?
Женщина задумалась.
– Возможно, не всё, – наконец проговорила она. – Но я помню, что мама рассказывала об этом именно тогда. Еще бы не помнить – ведь мне пришлось оставить детей и мчаться скорее сюда, чтобы ночевать с ней.
Так что, пожалуй, что-то такое было. Я предложила сходить и посмотреть, что там да как, в разгар дня. Она не хотела, но я все равно пошла в ту сторону. И ничего не увидела. Может быть, то, из-за чего она так разволновалась, произошло очень давно, а потом всплыло вдруг из глубин ее памяти. Ну, вы знаете, как это бывает у пожилых людей – что-то случилось тогда, а что-то лет десять назад, а потом воспоминания наслаиваются, и кажется, что все произошло только вчера.
Прежде чем уйти, Эйра еще раз напомнила женщине о соблюдении обязательства о неразглашении информации и похвалила на прощание ее ревеневый компот.
По мере приближения к Высокому берегу окружающий пейзаж становился все более живописным. Дорога петляла меж округлых гор и зазубренных скал, все более дерзко вздымавшихся в небо. Заливы и морские бухты, глухие озера с неподвижной водой, в которых отражался сумрак лесов и небесная синева.
