Это случилось накануне большого лесопилочного бума в начале 1900-х годов, тогда здесь был ну чистый Дикий Запад…
Эйра следила за движениями рук в перчатках и разглядывала предметы, которые поднимали с пола криминалисты: рабочие инструменты и железные вертела, ржавая цепь – казалось, все это просто побросали впопыхах и ушли.
Двадцать тысяч человек трудились в лесоперерабатывающей индустрии, в долине реки работало шестьдесят лесопилок. На данный момент из них осталась только одна, в Болльстабруке.
Оснащенная современным оборудованием, она производит больше древесины, чем все те шестьдесят вместе взятые, притом что трудится на ней меньше трехсот человек.
Ничего не знающие про этот край люди называют его глухой провинцией или деревней, но в душе Одален был и остается индустриальным краем. Пусть даже все промышленные объекты сгинули, их следы все равно остались. Как фантомные боли.
Многочисленные разрозненные истории тех, кто услышал их от кого-то еще. Медленное отвоевывание земель там, где природа стремится взять свое.
Старик остался стоять снаружи, заглядывая ей через плечо. Он замолчал, когда понял, что никто уже не слушает его истории о бывших хозяевах лесопилок.
– Часто здесь собираются подростки? – спросила Эйра.
– Из нынешних уже никто, – ответил старик. – У них сейчас другие увлечения. «Нетфликс» и прочее в том же духе. Можно подумать, их вообще здесь много осталось.
– Вы сами-то здесь жили в середине 1990-х?
– А то, – с готовностью откликнулся старик, – я переехал сюда в семидесятые из Арбуга.
Конечно, тогда здесь еще не все было в таком упадке. Кажется, фасад был еще целым, но я не уверен. Когда смотришь на что-то изо дня в день, то в конце концов перестаешь это замечать – внимание переключается на другие вещи. Но я бы не сказал, что эта развалюха пользовалась большой популярностью, уж больно укромное место, с дороги не видать, а уж с реки и подавно.
Тут их заметил криминалист и подошел к ним, держа в руке кувалду.
Они представились друг другу через пустой проем окна.
– Ну и местечко, – произнес криминалист, – просто удивительно, что народ до сих пор ничего здесь не спер. Это же просто археологические раскопки какие-то! Причем даже особо напрягаться не нужно – все лежит на самом виду.
Он разрешил Эйре пробраться внутрь, вряд ли здесь были еще чьи-то следы, кроме звериных, да и в любом случае непогода уже давно все подчистила.
