Ловлю взгляд Димы, системного администратора, сидящего за столом, и полноценно краснею. Ну разве можно так разглядывать?
Однако на этом взгляды не заканчиваются. По пути обратно я буквально нос к носу сталкиваюсь с Олегом Ивлевым, руководителем отдела сбыта и по совместительству местным ловеласом, и он ведёт себя странно. Не переставая улыбаться, несколько раз извиняется за свою неловкость и норовит придержать меня за талию без всякой необходимости. Похожая ситуация повторяется примерно спустя час, когда в приёмной я встречаю нашего постоянного клиента, Игоря Коломойцева.
Обычно он смотрит на меня как на пустое место, а сейчас неожиданно интересуется, как дела, да и вообще разглядывает так, что становится немного не по себе.
Я ровным счётом ничего не понимаю. Даже в зеркало заглядываю на всякий случай: проверить, не расстегнулась ли рубашка, и всё ли в порядке с макияжем. Я ведь не первый день крашусь на работу, так почему мужской интерес ко мне возник именно сегодня? Неужели всему виной та ночь? Окружающие каким-то образом считывают, что я изменилась изнутри?
Но несмотря на то, что я смущена таким вниманием, настроение очень поднимается.
Как всё-таки,оказывается, тешат самооценку вот такие взгляды! Улыбка с лица не сходит, даже когда я важное письмо на имя гендиректора печатаю. Что тут сказать? Женщины.
— Тань, Сергей Борисович просил тебя зайти, — слышится голос Лены в динамике селектора.
Даже в кабинет к Дивееву я сегодня иду с удовольствием. Вообще, сидеть на месте удаётся с трудом.
Хочется сталкиваться с людьми, улыбаться им, спрашивать, как дела, и что-то говорить в ответ. Василина права. Мне нужно больше общения.
— Танюш, и со Стройторгом тоже договор поднять не забудь, — напоминает мне Сергей Борисович уже в дверях.
В эту же секунду моя стойкая и молчаливая нелюбовь к нему резко улетучивается. Потому что как можно недолюбливать того, кто назвал тебя ласковым «Танюш», да и на протяжении всего обсуждения вёл себя очень обходительно, даже пару раз похвалил?"
"Прикрыв за собой дверь, я выхожу в приёмную и ощущаю, как уходит почва из-под ног.
Улыбка, которая держалась на лице полдня, исчезает, сменяясь взбудораженностью и трепыханием в груди. Возле стойки стоит Дан. В графитово-сером костюме, красивый, высокий. Смеётся, когда подносит ко рту чашку. Лена смеётся вместе с ним.
Первая нелепейшая мысль — сбежать. Опустить глаза, сделать вид, что не заметила, и скрыться в своём кабинете. Почему? Я не знаю. Наверное, из-за Лены.
